Accessibility links

Тигран Акопян: «Люди опасаются только физического устранения Пашиняна...»


Политолог Тигран Акопян

ПРАГА---Что можно сделать за неполные два месяца – без программы, но с невиданной всенародной поддержкой? Курс армянской революции вычисляет политолог Тигран Акопян.

Вадим Дубнов: Пятидесяти дней, которые прошли со дня армянской революции, наверное, недостаточно для того, чтобы подводить итоги, но можно ли определить какие-то основные ее направления?

Именно борьбой с коррупцией, наверное, обусловлена и беспрецедентная народная поддержка новой власти

Тигран Акопян: Цели сам, уже премьер-министр и лидер революции Никол Пашинян определил очень четко. Во-первых, самая главная цель – провести досрочные парламентские выборы, которые легитимируют новую власть, которые пройдут в действительно свободной, прозрачной, транспарентной, справедливой обстановке, и четко покажут баланс сил и интересов в Армении. Это одна из самых важных и первостепенных целей, и работа в этом направлении ведется – уже сформирована комиссия по разработке нового Избирательного кодекса, куда вошли представители всех четырех парламентских фракций, а также туда войдут представители внепарламентских сил. И второе, о чем Никол Пашинян заявил и заявлял уже 25 лет (все, кто следил за деятельностью Никола Пашиняна, знают об этом), – это беспощадная борьба с коррупцией. Весь ход этой борьбы мы видим в режиме онлайн, т.е. были проведены аресты или проведены обыски у самых одиозных лиц предыдущего режима. Думаю, в этом плане у новой власти будет успех. Именно борьбой с коррупцией, наверное, обусловлена и беспрецедентная народная поддержка новой власти.

Гость недели – Тигран Акопян
please wait

No media source currently available

0:00 0:15:24 0:00
Скачать

Вадим Дубнов: Если я правильно понимаю, вторая задача, скорее, часть первой. Ну вот, если мы будем считать, что революция носит в первую очередь антиолигархический характер, антикоррупционный, то здесь возникают два вопроса: во-первых, насколько это может решить все проблемы современной Армении, и второе – каких успехов, в принципе, можно ожидать в этом деле? Здесь Армения является неким примером для всех.

В Армении коррупция была образом жизни, она затрагивала не только богатую верхушку, но и все слои населения, которые научились жить в этой комфортной уже обстановке

Тигран Акопян: Я понимаю скепсис, когда говорится о борьбе с коррупцией. Это извечный лозунг всех сил, которые приходят к власти во многих странах, особенно развивающихся, бедных странах, и поэтому понятен скепсис и местных наблюдателей и экспертов, и зарубежных. Действительно, как вы сказали, чтобы новая власть обеспечила свою легитимность и победила на выборах, она должна послать народу тот мессидж, который народ очень долго ждал – это борьба с олигархией и коррупцией. Но то, что делает новая власть, – это тоже беспрецедентно и это очень мощно и глубоко. Вполне возможно, что издалека все это не видно, но сразу делегитимизировать, десакрализировать тех лиц, которые 20 лет наводили ужас на весь народ Армении, это дорогого стоит. Добраться до начальника охраны бывшего президента, до его брата, до градоначальника Еревана, отец которого связан с народно-освободительной борьбой за независимость Армении, – это кое-что означает.

Все-таки, я думаю, зная Никола Пашиняна и как журналиста, и как политического деятеля, – это его идея фикс. Насколько все получится, не знаю, потому что, в конце концов, в Армении, как и во многих постсоветских странах, коррупция была образом жизни, она затрагивала не только эту богатую верхушку, но и все слои населения, которые научились жить в этой комфортной уже обстановке. Надо будет ломать через колено не только олигархию, но и сотни тысяч граждан Армении, которые действительно привыкли жить, работать и нормально существовать в этой обстановке.

Вадим Дубнов: Здесь соблазнительно вспомнить соседский опыт - грузинский, и хороший, и плохой. С одной стороны, действительно, решительность в борьбе с коррупцией принесла свои результаты, но это было синхронизировано с процессом реформ, причем довольно системных и глубоких. А с другой стороны, власть не смогла удержаться в своей разрушительной решимости, и по части созидания была не столь успешной. Вот как с этим дело обстоит в Армении – есть ли какая-то программа реформирования и каковы риски возрождения дракона?

Тигран Акопян: Концептуального видения будущего у новой власти, по крайней мере, артикулированного новым премьером или его окружением, нет, потому что новый премьер неоднократно заявлял, что это прерогатива будущей власти, которая будет сформирована в результате свободных парламентских выборов, и это принципиальная позиция премьера. Этим, мне кажется, он посылает мессидж, что «я непостоянен здесь», что это временное правительство, самая главная цель которого, повторюсь, проведение свободных парламентских выборов, потому что, как вы знаете, уже два года как Армения поменяла свой политический строй и является парламентской республикой.

Нет ни одной политической силы, в том числе, прежней правящей Республиканской партии, которая ставила бы под сомнение правильность шагов новой власти

Что касается грузинского опыта: насколько я знаю грузинский сценарий, т.к. во времена реформ Михаила Саакашвили мне довелось там год проработать, у нас немного иная обстановка, потому что тот круг олигархов, та система, которая была в Армении, коренным образом отличается от обстановки в Грузии. У нас все идет немного по-другому. Во-первых, та беспрецедентная поддержка, которая есть у нового премьера, Грузия же после прихода к власти Саакашвили раскололась надвое, – вот этого раскола, по крайней мере, на сегодня, в Армении не видно.

Действительно, новый премьер пользуется беспрецедентной поддержкой даже старых сил. Знаете, нет ни одной политической силы, в том числе, прежней правящей Республиканской партии, которая ставила бы под сомнение правильность шагов новой власти. И эта консолидация вокруг идеи иметь нормальную, свободную, некоррумпированную страну объединяет очень многих. Я начал сам себе противоречить, потому что говорил, что коррумпированная система власти, управления, жизни общества была очень комфортной для многих, но, судя по отзывам общества, судя по откликам, настрою политических сил разных формаций, разных НПО, у Никола Пашиняна должно все это получиться.

Вадим Дубнов: Насколько возможна какая-то Вандея или какая-то другая форма сопротивления?

Сегодня нет ни общественной поддержки, ни серьезного общественного недовольства, которое бы послужило какой-то основой для контрреволюции или реванша

Тигран Акопян: Есть одна угроза, которая формулируется и в прессе, и в кухонных разговорах, и в комментариях в социальных сетях, – это физическая угроза жизни премьера. Вот то, чего боятся очень широкие массы граждан, потому что это приведет к непредсказуемым последствиям. Иных форм не видится, потому что эти последние антикоррупционные, антикриминальные акции, которые были проведены в Армении, сразу парализовали и тот криминальный слой, и тот олигархический слой, который мог бы как-то воспрепятствовать этим реформам. Т.е. на сегодня, по крайней мере, видимо, нет ни общественной поддержки, ни серьезного общественного недовольства, которое бы послужило какой-то основой для контрреволюции или реванша.

Вадим Дубнов: Т.е. даже для того, чтобы случилось что-то вроде 27 октября 1999 года, когда было уничтожено практически все руководство страны, нет ни политической заинтересованности, ни заказчика, ни того, кто мог бы стать бенефициаром, – правильно ли я понял вашу логику?

Тигран Акопян: Если бы мы знали, где находятся или откуда были заказчики 27 октября 1999 года, мне легко было бы ответить на этот вопрос. Мы до сих пор не знаем, эти заказчики были в Армении или вне ее пределов, и вообще, были ли заказчики, чтобы суметь ответить на этот вопрос. Но угрозы могут исходить и из-за рубежа. Если будут какие-то угрозы каким-то интересам великих держав или наших соседей, или действительно криминала, который в Армении подвергается очень сильному нажиму – непосредственно сегодня тоже были обыски и задержания в среде криминальных авторитетов, которые до этого были, насколько я знаю, совершенно бесконтрольны и получали одобрение своих действий, жизни и деятельности в Армении, и со стороны президента Армении. Так что в этом плане, по крайней мере, на сегодняшний день, вся эта антиэлита сегодняшней власти или сегодняшних настроений парализована.

Вадим Дубнов: Как будут, по-вашему, выстраиваться отношения со столпами прежнего режима, с прежними президентами – прежде всего, с господином (Сержем) Саргсяном и господином (Робертом) Кочаряном?

«Республиканцы» уже в открытую утверждают, что не несут никакой ответственности за Сержа Саргсяна и ему неподотчетны. Этот президент очень быстро забывается

Тигран Акопян: Насколько можно судить по настроениям среди верхушки Республиканской партии, я думаю, и для них тоже Серж Саргсян – это прошлое, и среди них царят настроения, что своей неожиданной отставкой, которая даже не обсуждалась в руководстве Республиканской партии, Серж Саргсян как бы «бросил» Республиканскую партию, парламентскую фракцию, и очень многие «республиканцы» уже в открытую утверждают, что не несут никакой ответственности за Сержа Саргсяна и ему неподотчетны. Этот президент очень быстро забывается. Знаете, бывают мыльные пузыри – как у Гофмана «Крошка Цахес», – судя по настроениям этих двух месяцев, имя Сержа Саргсяна вообще исчезло со страниц печати, из разговоров. Это, я думаю, уже брошенный лидер, у которого не будет ни ресурсов, ни последователей, чтобы совершить какую-то контрреволюцию в стране.

Что касается Роберта Кочаряна, то у него и так не было ни социальной, ни политической основы в Ереване, у него не было партии, единомышленников, и в этом плане, я думаю, имя Роберта Кочаряна сегодня всплывает только когда в обществе и в прессе говорят о бойне 27 октября 1999 года. В этом плане, насколько мне известно, Роберта Кочаряна ждут серьезные политические испытания, и он в ближайшее время будет допрошен по делу теракта в парламенте.

Вадим Дубнов: Т.е. когда будут рассматриваться дела 27 октября, 1 марта 2008 года (когда в ходе разгона многодневного митинга экс-президента Левона Тер-Петросян погибли люди), громкие коррупционные дела, есть вероятность того, что волна дойдет и до бывших президентов, руководителей, т.е. до тех, с кем, как я понимаю, сейчас пока власть тягаться не очень готова?

Тигран Акопян: Об этом не было официальных заявлений ни правительства, ни правоохранительных органов или прокуратуры, но, насколько известно политикам и экспертному сообществу, создана специальная, пока не афишированная, следственная группа, которая занимается делами и 27 октября, и 1 марта, и очень многими госслужащими, которым будут предъявлены обвинения в незаконном обогащении. Это на уровне разговоров, конфиденциальной информации – пока таких официальных заявлений сделано не было.

Вадим Дубнов: Как бороться с олигархами, в то время когда приходится на некоторых из этих олигархов полагаться в предвыборной борьбе?

Олигархов, способных корректировать политику государства, у нас не осталось, кроме Гагика Царукяна, у которого вторая по величине фракция в Национальном собрании Армении

Тигран Акопян: Надо сначала определиться с понятием «олигархия». Потому что в постсоветской политической риторике олигархом в последнее время почему-то стали называть любого очень богатого человека, у которого есть какие-то связи, который себя отвязно ведет, у которого есть два-три представителя в парламенте. Но если обратиться к классической формулировке олигархии, т.е. людей, представителей бизнеса, которые влияют на решения законодательной, исполнительной власти, государства, и способны корректировать политику государства, то таких олигархов у нас не осталось, кроме Гагика Царукяна, у которого вторая по величине фракция в Национальном собрании Армении. Благодаря этой фракции и своему пока очень высокому общественному авторитету он способен влиять на какие-то решения правительства, потому что имеет вторую по величине фракцию. Других олигархов сегодня нет.

Вадим Дубнов: Других и не надо, достаточно этого. Я как раз Гагика Царукяна и имел в виду.

Вынужденное сосуществование Пашиняна и Царукяна будет иметь недолгую историю – Царукян либо вынужден будет признать правила игры, либо ему придется опять перейти в жесткую оппозицию к новой власти

Тигран Акопян: Это, я думаю, самый больной вопрос и для нового премьер-министра Армении, потому что лет 10-12 назад одним из лозунгов Никола Пашиняна и руководимой им общественной инициативы была и антицарукяновская составляющая в его речах и лозунгах. И такое вот вынужденное сосуществование Никола Пашиняна и Царукяна, как лидера партии, я полагаю, будет иметь очень недолгую историю – Царукян либо вынужден будет признать правила игры и «перестать быть олигархом», т.е. иметь стремление и цель влиять на государственную политику и решения, либо ему придется опять перейти в жесткую оппозицию к новой власти. Вот или-или, но существование Гагика Царукяна, как олигарха, близкого к власти и обласканного властью, такого, особенно после внеочередных выборов, не будет, тем более что все наши эксперты и аналитики предполагают, что в новом парламенте у Царукяна будет очень немногочисленная фракция, потому что его голоса были благодаря дихотомии Серж Саргсян – Гагик Царукян, то сегодня этой дихотомии просто нет, даже, можно сказать, малочисленная фракция, по сравнению с тем, что он имел в парламенте последних трех созывов.

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG