Accessibility links

«Газпрому» открыли черкесский фронт


ПРАГА---Громкий арест российского сенатора Рауфа Арашукова и его отца, топ-менеджера «Газпрома» Рауля Арашукова, – сюжет, который выходит далеко за рамки Карачаево-Черкесии и Кавказа вообще. Разные географические и политические измерения этого события обсуждаем с российским политологом Денисом Соколовым.

Вадим Дубнов: Денис, давайте, во-первых, определимся с масштабом этого сюжета: в какой степени это черкесский сюжет, в какой степени общекавказский, ну и, в какой общефедеральный?

Денис Соколов: С точки зрения самого дела, то, что им инкриминируется, – это такая внутричеркесская история – даже не карачаево-черкесская, а внутричеркесская. Это история про конфликт между двумя фамильными группами в Карачаево-Черкесии – Арашуковых и Деревых, – и, в общем, вроде бы инструментально это черкесский сюжет. Если же говорить по причинам ареста в Совете Федерации и вообще по причинам ареста не только Рауфа Арашукова, но еще и его отца Рауля, и еще нескольких человек из клана Арашуковых, которые тоже попали под удар, то это, конечно, сюжет, я бы даже сказал, федеральный. Федеральный в том смысле, что складывается такое ощущение, что идет атака на «Газпром» в целом.

«Газпрому» открыли черкесский фронт
please wait

No media source currently available

0:00 0:08:56 0:00
Скачать

Вадим Дубнов: Со стороны кого?

Денис Соколов: Я не берусь сказать, кто именно атакует, хотя у нас не так много персонажей на федеральном уровне, которые могут осмелиться атаковать «Газпром».

Вадим Дубнов: Это силовики, прежде всего, если я правильно вас понимаю, «Роснефть»?

Денис Соколов: Да. У нас же нет такого, что есть отдельно силовики, отдельно корпорация – у нас, как очень метко выразился один инсайдер из сибирского региона, есть межведомственные преступные группировки. Это когда такой, универсальный состав: разные люди из разных сфер объединены в одну группу интересов, они расставляют своих людей в разных корпорациях, в силовых структурах и в органах власти, они контролируют через этих людей свои интересы в них, и в этом смысле очень немного таких групп на федеральном уровне – как вы правильно назвали, «Роснефть», например, – которые могли бы осмелиться атаковать «Газпром».

Вадим Дубнов: Ну, и аффилированный с ними Следственный комитет России…

Денис Соколов: Ну да, там сразу и (Александр) Бастрыкин же вроде как участвовал в этой истории, (Юрий) Чайка тоже, говорили про (Рамзана) Кадырова, но мне кажется, что эта история с Кадыровым и его девятью миллиардами – это, скорее, тоже проба на зуб «Газпрома» – насколько он продавится. Я бы не стал этот «арест» связывать непосредственно с конфликтом с Кадыровым.

Вадим Дубнов: Прозвучала в первые дни такая гипотеза, что кадыровские девять миллиардов, списанных как бы за газ, – это если не часть этих тридцати похищенных миллиардов из дела Арашукова-старшего, то каким-то образом из того же жанра. Поэтому я и спросил, насколько эта история общекавказская или, как теперь следует из материалов дела, дагестанская.

Денис Соколов: Здесь суть видна даже по Дагестану. Помните, когда шли первые глобальные зачистки еще при (Рамазане) Абдулатипове – не при (Владимире) Васильеве, когда уже более или менее паркетных чиновников чистили, а когда силовики выбивали образующих политическую систему Дагестана игроков – (Саида) Амирова, Сагида Муртазалиева, т.е. крупные элиты. Тогда же тоже была история, что есть эти как бы похищенные деньги, которые где-то лежат, но, в принципе, не из-за них происходят истории в Совете Федерации. Разборка идет за куда большие интересы, за большие финансовые потоки. А вот эти деньги, которые кто-то себе насобирал – коррупционно или по-другому, – это, собственно, ресурсы для оплаты исполнителей. Прокуратуре, Следственному комитету и всем другим следователям, которые будут работать по этому большому делу, нужно платить. Им нужно платить не зарплату, потому что если им платить зарплату, то их перекупят с другой стороны. Для таких больших историй нужны деньги, и эти деньги – вот они, пожалуйста, ребята, забирайте.

Вадим Дубнов: А в самой операции с Арашуковыми что первично, а что вторично: это сын за отца или отец за сына?

Денис Соколов: Это атака на «Газпром». И изначально все-таки основатель клана – отец, и удар по клану. Клан, который является раздражающим, является одним из системообразующих в «Газпроме», по крайней мере, на Юге, потому что Арашуковы были в «Газпроме» даже еще до (Алексея) Миллера, и это как бы серьезная часть системы управления финансовыми потоками в этом огромном «спруте», который называется «Газпром», в части, которая называется «Межрегионгаз». Ищутся слабые места. Слабое место – это Арашуков-младший, потому что он подставился на этих убийствах, на него есть явные показания.

Вадим Дубнов: Черкесская проекция конфликта принципиальна? Клановое соперничество, как я понимаю, было шире республики?

Денис Соколов: Они не особенно играли на территории Карачаево-Черкесии, кроме чисто черкесских районов – Хабезского района, например. Они не играли так активно на территории Карачаево-Черкесии политически, потому что там все-таки другое доминирует, и там политическое доминирование в самой республике решается в других группах – оно ближе к электроэнергетике все-таки, к другим историям.

Есть конфликт в Карачаево-Черкесии между двумя черкесскими кланами – это главное. Есть игра на уровне «Газпрома», который никакого отношения к этому черкесскому конфликту не имеет. Но когда начинают играть большие игроки, они ищут инструментарий. И этот инструментарий нашли. На уровне «Газпрома» инструмент – уголовные дела, которые можно поднять. Т.е. это не вещи, которые поступательно развивались в Карачаево-Черкесии до уровня «Газпрома». Как-то на уровне Карачаево-Черкесии отразится – ну, конечно, отразится, потому что из черкесского сообщества выбит один из мощнейших кланов.

Вадим Дубнов: Он выбит уже?

Денис Соколов: Пока да, и даже инсайдеры говорят, что непонятно, кто будет теперь играть на той стороне, кто будет пытаться решить вопрос, потому что нейтрализовали большинство, по крайней мере, заметных, играющих людей, которые в состоянии аккумулировать деньги, политический ресурс и т.д.

Вадим Дубнов: И как и по кому теперь этот конфликт может ударить на Кавказе в свою очередь, если иметь в виду контуры намечающегося дела с расследованием по тому же Дагестану, например?

Денис Соколов: В принципе, уже ударил. Есть большая разборка по газу, т.е. идет, с одной стороны, попытка крупных федеральных корпораций – «Газпрома», «Росгидро», на уровне «Межрегионгазов» и межрегиональных распределительных компаний каким-то образом санировать свои финансовые потоки в северокавказских республиках. Потому что они там, конечно, тотально были коррумпированы, т.е. это было тотально непрозрачно, и в этом смысле это все равно демонстрация и процесс по взятию под контроль федеральным центром финансовых потоков – и бюджетных, и корпоративных. Это один процесс. Но на фоне этого процесса, мне кажется, разворачивается еще и интрига вокруг «Газпрома», вокруг перехвата управления финансовыми потоками в этом гиганте. Это два параллельных процесса, и они оба федеральные, на самом деле.

Вадим Дубнов: И Кавказ просто оказался наиболее уязвимым и удобным местом для того, чтобы начать атаку?

Денис Соколов: Абсолютно. Кавказ просто уязвим, поскольку там настолько было не до соблюдения каких-либо формальных правил, что там просто бери и закрывай всех. Коррупция там не то чтобы превышала коррупцию в других регионах, – она была просто абсолютно неприкрытой, она, с точки зрения документооборота, была, мягко говоря, неквалифицированной.

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG