Accessibility links

«Умертвляющее финансирование» и другие особенности абхазского бюджета


Более месяца коллектив ЦСЭИ работал над анализом проекта бюджета на 2020 год, стремясь понять, какие цели заложены в его основу

Экономисты автономной некоммерческой организации «Центр социально-экономических исследований» завершили анализ проекта бюджета Абхазии на 2020 год. Сегодня на встрече с представителями общественности они презентовали результаты и выводы. По мнению специалистов, бюджет, составленный правительством на 2020 год, обеспечивает только текущие расходы, он не способен создать условия для развития страны.

Более месяца коллектив Центра социально-экономических исследований работал над анализом проекта бюджета на 2020 год, стремясь понять, какие цели заложены в его основу, к каким результатам приведет его исполнение, отвечает ли он стратегическим интересам государства?

Экономист ЦСЭИ Илона Мирцхулава представила анализ структуры доходной части бюджета и сделала следующий вывод: «Доходы республиканского бюджета планируются в размере 8 млрд 115 млн рублей, что на 4 млн рублей больше, чем в 2019 году. В относительном выражении прирост составляет 0,1%. Собственные доходы бюджета составляют 3 млрд 300 млн рублей, здесь рост всего на 87 млн рублей, то есть это около 3% по сравнению с 2019 годом. Доля собственных доходов в структуре республиканского бюджета составит 41,5%, это на 1% больше, чем в 2019 году. Основными статьями формирования собственных доходов являются НДС и доходы от внешнеэкономической деятельности. Слабой стороной формирования доходной части бюджета является значительная доля косвенных налогов, это – около 80%, что тяжелым бременем ложится на конечного потребителя и свидетельствует об излишней фискальной направленности отечественной налоговой системы и отсутствии развитого производственного сектора экономики».

Скачать

Экономист ЦСЭИ Хатуна Шатипа рассказала, что даст реализация такого бюджета в 2020 году стране и людям: «Для тех категорий, которые получают только абхазскую пенсию, их около 9000 человек, они сегодня получают 1500 рублей в месяц, в следующем году им добавят одну тысячу рублей, и они будут получать условно 2500 рублей. Средняя заработная плата может повыситься в пределах 150 рублей. Трудоустроиться смогут примерно 400-450 человек. Рост промышленной продукции составит 80-90 млн рублей. Абсолютно очевидно, что развития экономики или повышения уровня жизни такой бюджет нам обеспечить не может. Например, собственные доходы: собрали 3 млрд 400 млн рублей. Точно в такую же сумму обходится содержание исполнительной власти».

Заложенные на развитие сельского хозяйства 15 млн рублей Хатуна Шатипа назвала «умертвляющим финансированием», причем, содержание аппарата Управления сельским хозяйством обходится бюджету в 7,5 млн рублей. По подсчетам ЦСЭИ, в среднем одному селу на развитие сельского хозяйства из бюджета выделяется 12 500 рублей в месяц, а на содержание одного депутата парламента – 138 тысяч рублей. Республиканская больница получает в год из бюджета 122 млн рублей и точно столько же выделяется на Государственную службу охраны. В целом на здравоохранение идет 7,4% бюджета, что в два раза больше, чем аналогичный показатель в России, однако у нас качество медицинского обслуживания, к сожалению, не лучше.

Хатуна Шатипа проинформировала о том, что раздел бюджета «Национальная экономика» в 2020 году сократился почти на 1 млрд рублей, она пояснила: «Бытует мнение, что Межправкомиссия, когда заседает, они не одобряют развитие реального сектора экономики. Вот вопрос: «Но Межправкомиссия не мешает же нам распределять собственные доходы?» Давайте посмотрим: на развитие экономики из собственных доходов направили только 6,4% – это 215 млн рублей, а вот ведомства, которые курируют отрасли экономики, получат 259 млн рублей. То есть главная проблема структуры доходов и структуры расходов заключается в том, что с правовой точки зрения бюджет формируется на базе какого-то ошибочного внутреннего документа, не государственного, каковым является индикативный план».

Шатипа отметила, что закон «Об основах бюджетного устройства и бюджетного процесса» содержит ошибки и противоречия с законом «О государственном прогнозировании». Он допускает вольное трактование понятийного аппарата системы планирования. Так, в п.1 статьи 34 закона «Об основах бюджетного устройства и бюджетного процесса» написано, что расходы республиканского бюджета и местных бюджетов определяются с учетом программ социально-экономического развития. В п.1 статьи 92 можно прочитать, что проект бюджета составляется на основе прогноза социально-экономического развития, а в п.2 этой же статьи читаем, что составлению проектов бюджетов на очередной финансовый год должна предшествовать разработка составленных на основе прогнозов индикативных планов в соответствии с законом «О государственном прогнозировании». Отсутствие определенности, по мнению экономиста, мешает создать качественный документ. Она предположила, что основных участников бюджетного процесса такое положение дел устраивает, они противятся составлению программы, потому что она поставит их в жесткие рамки и будет предполагать ответственность.

Предприниматель и экономист Лили Дбар видит корень проблем в коррупции. По ее словам, если хорошо поискать, то можно найти средства на развитие экономики, но никто таких усилий не прилагает: «Есть сайт контрольной палаты, с 2014 года там есть все акты (по результатам проверок) в открытом доступе, там актов тридцать, я их все почитала. Послушайте, если бы мы вернули те деньги, которые вот этой половине людей можно спокойно растаскивать, мы бы закрыли железнодорожный кредит, мы бы обошлись без российской финансовой помощи. Там сотни миллионов. Я работала бухгалтером на очень крупных предприятиях, я привыкла к большим цифрам, но там огромные цифры! Они как-то не очень складываются. Почему им можно безнаказанно растаскивать средства? Вот где деньги лежат! Надо сложить это все, и там огромные суммы, которые неизвестно куда делись? Это аппарат Кабинета министров, Абхазтоп, полным-полно всяких организаций, которые они проверили…»

Политолог Лейла Тания посетовала на отсутствие в обществе стратегической дискуссии, которая бы связывала разные аспекты общественных проблем. Она уверена, что даже в рамках такого небольшого бюджета, как у Абхазии, есть ресурсы для увеличения его эффективности. Это – оптимизация госаппарата и коррупция. По проекту бюджета любому человеку, даже не экономисту, понятно, что правительство Абхазии совершенно не заботится о продовольственной безопасности, что непростительно для страны, которая пережила жесточайшую блокаду и выстояла только благодаря тому, что смогла обеспечить себя продовольствием.

Тания отметила отсутствие взаимодействия между разными сферами функционирования общества, что свидетельствует о проблемах управленческого характера: «Вот вы говорили о том, что планируете представить нам программно-целевой подход, когда выстраиваются стратегические приоритеты и под них выстраиваются программы. У нас была Инвестиционная программа, нам выделили больше миллиарда рублей на разные локальные проекты. По какому принципу выделялись эти деньги? Локальные проекты вообще друг с другом не связаны, они друг другу не могли оказать никакой поддержки, они не выстраивали никакой системы, и, судя по всему, все они благополучно сошли на нет. Поэтому я бы вот на что хотела обратить внимание – это управленческий подход. Как собрать все наши ресурсы: ресурсы экономики, ресурсы сельского хозяйства, ресурсы внешней политики, ресурсы других направлений в один кулак? Как сделать так, чтобы все эти ресурсы поддерживали друг друга?»

Если собрать все ресурсы, которые можно извлечь из оптимизации управленческого аппарата и борьбы с коррупцией, это будет небольшая прибавка к собственному бюджету, равная примерно 1,5 млрд рублей. А самый большой ресурс для развития национальной экономики заключен в репарациях и возмещении ущерба, причиненного Абхазии войной и санкциями, сказала Тания.

Хатуна Шатипа с ней не согласилась. По подсчетам экономистов ЦСЭИ, сокращение только на 15% расходов аппарата исполнительной власти позволит поднять пенсии девяти тысячам пенсионеров, которые получают только одну, абхазскую, пенсию (1500 рублей в месяц) до прожиточного минимума, т.е. до 6500 рублей, надо начать хотя бы с этого.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG