Accessibility links

Клиническая картина. Любовь Чижова – о своей истории болезни


Когда эпидемия COVID-19 только начиналась, я говорила своим друзьям и коллегам, что лучше бы мне не болеть – наша подмосковная медицина (а я живу в Нахабине, это в 15 километрах от городской черты Москвы) с этим не справится. Образцово-показательных клиник вроде Коммунарки у нас нет, врачи в областных поликлиниках не понимают, с чем имеют дело, на компьютерную томографию, которая определяет поражение лёгких с почти 100-процентной точностью, не попасть. В Нахабине, например, нет ни одного аппарата КТ, а на почти 50 тысяч населения всего одна поликлиника. В общем, болеть я не планировала, работала из дома, изредка выходила в магазин в маске и перчатках.

К сожалению, мой муж был вынужден ездить на работу, его учреждение на период пандемии не закрылось, и, вероятно, инфекцию я подхватила от него. К счастью, ни он, ни дочь не заболели – никаких симптомов COVID-19 у них не было. Я почувствовала себя плохо 20 апреля, поднялась температура и начался противный сухой кашель. Я вызвала врача из поликлиники, ко мне пришла совсем юная девушка без маски и перчаток и сообщила, что все опытные доктора ушли на больничный.

Она послушала лёгкие, сказала, что всё в порядке, поставила диагноз ОРВИ и выписала азитромицин (это более дешевый аналог сумамеда, его теперь, как я понимаю, выписывают всем). Я привыкла слушать врачей, даже таких молодых, начала пить лекарства, но мне становилось всё хуже. Температура повышалась и повышалась, кашель усиливался, меня тошнило, ломило всё тело. Пропало обоняние. Покраснели и болели глаза, по ночам снились кошмары (оказывается, тревога, депрессия и плохой сон тоже часть этой болезни).

Всё это время я, начитавшись историй людей, которые уже переболели инфекцией коронавируса, пыталась найти КТ рядом с Нахабиным. Везде, куда я звонила, запись была на три недели вперёд, ожидаемо взлетели цены. Но мне, как обычно, повезло – перезвонили из одной платной клиники в Истре и сообщили, что у них появилось свободное время – кто-то отменил запись. 27 апреля я оформила QR-код, вызвала такси и поехала делать компьютерную томографию лёгких. Всё заняло не больше часа, молодой доктор осторожно передал мне результаты и сказал, что мне срочно нужно в больницу: КТ показывает двустороннюю интерстициальную вирусную пневмонию с высокой вероятностью COVID-19. Тогда было поражено 10 и 15 процентов лёгких (позднее, когда я уже попала в больницу и мне сделали еще одну КТ, было повреждено 25 процентов каждого лёгкого).

По совету доктора я позвонила в свою поликлинику. Они там перепугались и сказали, что ничем не могут мне помочь, нужно срочно вызывать скорую. Температура 38,5, КТ с почти подтвержденным COVID-19 и пневмонией на руках, но скорая ко мне так и не приехала. Я прекрасно понимаю, что у меня наверняка был не самый тяжелый случай течения болезни, но в таком случае мне должны были сказать об этом прямо: "Вам скорая не положена!" Но нет – обещали, что приедут, перезванивали, просили собрать вещи, даже говорили, в какую больницу повезут (в ЦКБ Каширы, это в 115 километрах от Москвы). Хорошо, в Каширу так в Каширу. Я была согласна ехать хоть на край света, потому что лечение пневмонии и коронавируса в домашних условиях мне кажется мероприятием, обреченным на провал.

Но ко мне так никто и не приехал. Сначала говорили, что слишком много вызовов, и ко мне приедут в течение суток. Спустя 20 часов после вызова скорой мне пришла смс о его отмене. Я звонила в скорую (там так никто и не взял трубку), на разные горячие линии, в экстренную службу – пыталась понять, почему отменили вызов и что мне делать дальше. Ни одного чёткого и внятного ответа я не получила. А один парень – оператор горячей линии по коронавирусу в Подмосковье честно сказал: "Я не знаю, что вам делать, и никто не знает".

Всё это время я была на связи с друзьями в социальных сетях, меня консультировали прекрасные врачи, знакомые и знакомые знакомых, все советовали сбивать температуру ниже 38 градусов, но она уже поднялась почти до 40 и ничем не сбивалась. Ах да, 28 апреля ко мне пришла ещё одна юная барышня из поликлиники, но в защитном костюме, выписала амоксиклав и оформила больничный лист. Антибиотики не помогали, лучше мне не становилось. Признаюсь, я немного испугалась и очень разозлилась. Кто-то советовал успокоиться и лечиться дома. Но мне почему-то очень не хотелось пополнять статистику людей за 40, у которых не было никаких хронических заболеваний, а они взяли и умерли от коронавируса.

Вы спросите: какая мораль у этой истории? А нет никакой морали. Каждый выживает как может. Уже давно

В общем, в больницу я всё равно попала, только потому, что умею добиваться поставленных целей. Не буду описывать детально, как мне это удалось. Скажу только, что без хороших друзей, старых и новых, ничего бы не получилось. 28 апреля вечером меня наконец привезли в инфекционное отделение Одинцовской областной больницы. Моим лечащим врачом стал Александр Анатольевич Литвинов, настоящий профессионал, уверенный и компетентный, только грустный и уставший. Он пообещал, что обязательно меня вылечит.

Я провела в больнице почти 10 дней. Все это время мне ставили капельницы с антибиотиками, лечили таблетками от малярии и противогрибковыми препаратами, давали антикоагулянты. Высокая температура держалась ещё пять дней, сильно болели голова и желудок, кашель становился всё сильнее, продолжали сниться кошмары. 30 апреля у меня взяли тест на коронавирус, который оказался отрицательным. Еще один тест взяли 6 мая, его результаты до сих пор неизвестны. Доктор сразу сказал: тесты его не очень интересуют, моя клиническая картина и результаты КТ подтверждают COVID-19. В больнице оказалось совсем не страшно: там регулярно прибирались и нормально кормили. Совершенно измотанные медсестры находили время подбодрить и утешить.

Полегче стало день на шестой. У меня взяли контрольные анализы и пообещали, что скоро выпишут. И вот 8 мая я отправилась домой. Мой диагноз – COVID-19, вирус так и не идентифицирован. Осложнение от болезни – внебольничная двусторонняя пневмония средней степени тяжести. Доктор сказал, что я ещё болею, но уже никого не могу заразить. Сейчас мне объективно полегче, кашель почти прошел и беспокоит только по ночам. Температура впервые за 20 дней ниже 37 градусов. Мои муж и дочка стоят на учёте в поликлинике как контактировавшие с заболевшим. У них тоже взяли тесты, но результатов пока нет. Мы должны просидеть дома ещё две недели. Мне назначили лечение на месяц: там и антибиотики, и антигрибковые препараты, и антикоагулянты, и препараты для желудка и печени – уж слишком много таблеток пришлось пить за недели болезни. После лечения нужно будет сделать еще одну компьютерную томографию и найти врача-пульмонолога, который поможет восстановить лёгкие после пневмонии.

Вы спросите: какая мораль у этой истории? А нет никакой морали. Каждый выживает как может. Уже давно. Самое удивительное, что оптимизированная российская медицина ещё не загнулась, несмотря на все старания чиновников. Грамотные врачи в стране всё еще есть, несмотря на низкие зарплаты и нечеловеческую нагрузку. Медсёстры шутят и улыбаются из последних сил.

Надолго ли их хватит, я не знаю.

Любовь Чижова – журналист Радио Свобода

Высказанные в рубрике "Блоги" мнения могут не отражать точку зрения редакции

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG