Accessibility links

Опрос: Грузины стремятся в ЕС и НАТО, но Абхазию и Южную Осетию хотят больше


В конце апреля Центр исследовательских ресурсов Кавказа – Грузия (CRRC) опубликовал исследование, проведенное в прошлом году в рамках общего проекта Фонда Карнеги Европа и Фонда Левана Микеладзе. Проект назывался «Будущее Грузии», он включал в себя результаты опроса почти двух тысяч человек и затрагивал такие темы, как отношение к этническим меньшинствам и евроатлантическая интеграция.

Сильнее всего граждан Грузии объединяет чувство гордости - 98% опрошенных гордятся собственным гражданством. При этом, для 67% респондентов гражданство не просто повод для гордости, но еще и определение идентичности. Этническая принадлежность на первом месте лишь для 16%, а 15% заявляют, что в равной мере важно как первое, так и второе.

То, что для населения ощущение собственного гражданства стало более важным – это «результат усилий Грузии по строительству государства за последние 20 лет», – говорит грузинской службе «Радио Свобода» Дастин Гилбрет, заместитель директора по исследованиям организации CRRC.

Большинство и Меньшинство

Впрочем, исследование показало, что для некоторых гражданство все же сводится к языку, религии и национальности: 91% населения считают, что гражданин Грузии обязан знать грузинский, 50% – хотят, чтобы он был православным христианином, а 30% – говорят, что лишь этнические грузины могут быть гражданами странами.

Согласно данным переписи 2014 года, этнические грузины составляют 86.83% населения.

Исследование CRRC прошло в сентябре 2020 года, когда 11 депутатов грузинского парламента из 150 представляли этнические меньшинства. 56% посчитали, что этого вполне достаточно, 15% – что их должно быть меньше, а 17% сказали, что больше.

Если бы в парламенте было больше депутатов, представляющих этнические меньшинства, как бы это отразилось на стране? 20% считают, что хорошо, 28% полагают, что плохо. А большинство (33%) убеждено, что никак.

С недоверием относится часть населения также к языковым и религиозным меньшинствам. Лишь 19% проголосовали бы за кандидата, для которого грузинский - неродной язык и только 7% доверились бы кандидату, исповедующему другую религию (не Православие).

По мнению независимого исследователя Кети Сартания, результаты исследования подчеркивают, что в Грузии по-прежнему сильны этнонационалистические настроения. В этих условиях негрузины, неправославные и не знающие грузинский язык люди изолированы от остального общества.

«Это проявление той политики интеграции, которую проводит страна в отношении этнических меньшинств. Кроме того, очень важен вопрос языка. Тут вообще непонятно, есть ли у государства хоть какая-то политика. Последние 30 лет меньшинства находятся в политической, культурной и социальной изоляции. И поскольку интеграция отсутствует, у людей нет места, где бы они могли встретиться и обменяться мнениями», - говорит Кети Сартания.

Она убеждена, что проблемы вызваны, в том числе, и незнанием общей истории. Люди знают, что в Тбилиси на одном пятачке стоят мечеть, синагога и католическая церковь. Но в то же время они понятия не имеют о том, как и за счет чего стало возможным такое этническое, религиозное и языковое разнообразие.

«Борьба любой ценой»

Согласно исследованию, общество сделало неоднозначные выводы после событий последних 30 лет. С одной стороны, 69% опрошенных (16% полностью, 53% – отчасти) согласны с утверждением “Войны показывают, что нам следует быть более толерантными в отношении этнических меньшинств”. Но с другой – 47% заключили, что этнические меньшинства представляют потенциальную угрозу для страны.

Кети Сартания говорит, что это отголосок тех этнонационалистических настроений, которые доминировали в стране в 90-е годы. Страх перед меньшинствами вызван тем, что эти настроения не были переосмыслены. В результате, те, для кого грузинское гражданство и «грузинство» синонимы, относятся с недоверием ко всем остальным.

«Это идентичность настолько узка, что она не приемлет представителей других этнических групп, несмотря на то, что те родились и выросли в той же стране - говорит исследователь, - Страх вызывают все, кто находится вне этой идентичности. Поэтому она пытается сузиться еще больше и ограничиться территорией, кровью и принадлежностью к этнической группе. Люди полагают, что сузив свой круг, смогут лучше защититься от глобальных и региональных угроз».

Она не исключает, что возможно, население склоняется к этнонационализму еще и потому, что он ассоциируется с восстановлением государственности. Но представления о том, к каким результатам привели националистические настроения, гораздо более расплывчаты:

«Мы постоянно боремся, и все, что происходит в рамках этой борьбы, будь то агрессивное отношение к этническим группам или что-либо другое, – это продолжение истории, где надо либо восстанавливать независимость, либо сохранять суверенитет. Все служит высокой цели, стало быть, в этой борьбе хороши любые средства».

Неоднозначно оценивает население и вооруженные конфликты последних 30 лет.

Военных действий, развернувшихся в конце XX века в Абхазии и Южной Осетии можно было избежать – в этом убеждены 57% опрошенных. В тоже время, лишь одна пятая опрошенных говорит, что виноват первый президент Грузии Звиад Гамсахурдия. Треть респондентов убеждена в его невиновности, а треть говорит: “Не знаю”.

Об Августовской войне 2008 года 42% респондентов заявили, что для ее предотвращения было сделано отнюдь не все. Вместе с тем, 48% опрошенных убеждены, что этнические конфликты помешали сближению страны с Евросоюзом.

Сближение с Западом

Большинство опрошенных предпочитают сближение с Западом сближению с Россией. Они поддерживают вступление Грузии в НАТО и ЕС, а также полагают, что Запад может оказать стране важную поддержку. Вот как относятся граждане к потенциальным преимуществам европейского выбора:

Впрочем, согласно исследованию, возвращение контроля на Абхазией и Южной Осетией для подавляющего большинства населения гораздо важнее сближения с Западом.

Гипотетически, если на одной чаше весов будут оккупированные территории, а на другой – вступление в евроатлантические структуры, 78% респондентов сделают выбор в пользу первого варианта.

Для конфликтолога Пааты Закареишвили подобный результат не стал неожиданностью.

«Они знают, что потеряли в случае с Абхазией и Южной Осетией, но не знают точно, что получат от интеграции в евроатлантические структуры», - говорит конфликтолог. Вместе с тем, он полагает, что сам вопрос поставлен некорректно и может создать у людей ложные представления, постольку страна никогда не вставала и не встанет перед подобным выбором.

По словам Закареишвили, ему гораздо любопытней, считают ли люди, что вступление в евроатлантические структуры приблизит страну к восстановлению территориальной целостности.

В ответ на наш вопрос Дастин Гилбрет поясняет, что исследование ставило целью установить, насколько сильно люди хотят увидеть страну членом НАТО и Европейского союза, а также разобраться в том, какие у них приоритеты.

“Действительно, этот пример немного экстремален. Никто не говорит, что Грузия должна отречься от территориальной целостности в обмен на вступление в НАТО и Евросоюз… Нам просто было любопытно, насколько взаимосвязаны эти два вопроса. В общем-то подтвердилось, что территориальная целостность является для многих грузин красной линией”, - заявил Дастин Гилбрет.

Арчил Гегешидзе, директор фонда имени Левана Микеладзе говорит, что в последние годы в социологических исследованиях на передний план, как правило, выходят экономические и социальные проблемы. В результате, часто не видно, насколько важным и болезненным является для населения вопрос оккупированных территорий. И это несмотря на то, что, по мнению Гегешидзе, Абхазия и Южная Осетия являются “частью идентичности нашей родины”. По его словам, ответ на гипотетический выбор еще раз напоминает обществу о важности мирного диалога и трансформации конфликтов.

«Гораздо больше внимания должно уделяться той же теме беженцев, нужно больше гибкости в диалоге с абхазами и осетинами, чтобы между нами притупилось чувство отчуждения. Если, конечно, оно уже не достигло критической точки... Отчуждение – самая опасная вещь, которую нам принесли эти конфликты. Мы же не о возвращении пляжей и пальм мечтаем, в конце концов? Нам следует помирится с теми обществами. Если мы говорим о мирном урегулировании конфликта, то примирение – важнейшая задача», - сказал Арчил Гегешидзе в интервью грузинской службе “Радио Свобода”.

В то же время он подчеркивает, что все зависит не только от Грузии, поскольку урегулированию конфликтов, равно как и сближению с Западом мешает Россия.

В 2018 году вашингтонский аналитическо-исследовательский центр Heritage Foundation опубликовал статью, посвященную перспективе вступления Грузии в НАТО. Ее автор Люк Кофи писал, что в личных беседах представители власти были согласны вступить в НАТО даже при условии, что статья 5 Устава организации (“Любая атака на одного члена равносильна атаке на всех”) не будет распространятся на оккупированной территории. По крайней мере до тех пор, пока конфликт не будет урегулирован мирным путем.

Тогдашний председатель ультраправой партии “Альянс Патриотов” Ирма Инашвили оценила эти слова, как призыв отказаться от оккупированных территорий.

10-го сентября 2019 года, бывший генсек НАТО Андерс Фог Расмуссен заявил, что Грузии следует рассмотреть возможность вступления в НАТО с учетом возможности, что пятая статья будет действовать исключительно на контролируемых ею территориях.

На следующий день российское информационное агентство “Регнум” посвятило заявлению Расмуссена статью с заголовком: “Запад начал подготовку Грузии к отказу от Абхазии и Южной Осетии”.

Дастин Гилбрет об этом прекрасно помнит. По его словам, дилемма «Либо территории, либо сближение с Западом» используется российской пропагандой уже давно, но он надеется, что большая часть населения не воспримет подобный сценарий серьезно.

Исследование проверило на прочность еще один постулат российской пропаганды: респондентов спросили, представляет ли сближение с Западом угрозу для грузинских традиций. Половина ответили “Нет”, 39% – сказали “Да”.

В том, что российская антизападная пропаганда мешает европейской интеграции, убеждены 42% респондентов. За нарративами Кремля следуют “Антизападные заявления Православной церкви Грузии”, об их негативном влиянии говорят 20% опрошенных.


*****
В рамках исследования в период с 10-го сентября по 28 сентября 2020 года по всей стране было опрошено 1928 человек. Исследователи поделили респондентов на различные группы, по возрасту, доходу, этнической принадлежности и месту жительства. Места проведения исследования были выбраны случайным образом, но так, чтобы было учтено и участие этнических меньшинств.

В ряде случаев мнения внутри групп были разными, хотя некоторые тенденции все же удалось выделить. Например, согласно результатам, чем выше доход и уровень образования человека, тем терпимее он к представителям других религиозных и этнических групп.

Уважаемые посетители форума Радио "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG