Accessibility links

«Такие запреты, слишком суровые, нередко приводят к трагическим последствиям»


Запрет абортов в Абхазии активно обсуждается сегодня в обществе. И даже «не сторонники абортов» признают, что закон оказался слишком жестким.

– Что значит для Абхазии запрет абортов? К чему он приводит?

Виктория Хашиг, врач-стоматолог, Сухум: Во-первых, я считаю, что преступным было принятие статьи закона «О здравоохранении» о запрете абортов. Запрет абортов по медицинским показаниям категорически нельзя было делать, потому что женщины бесправны. Статья закона «О здравоохранении» о запрете абортов нарушает гендерное право. Ни в одной стране не повысилась рождаемость, где был принят закон об абортах. Рождаемость повышается только экономической защищенностью женщин. Те, кто имеет деньги, свободно выезжают и делают аборты в России. А незащищенные, неимущие слои населения вынуждены рожать. Я считаю, что депутаты парламента должны пересмотреть этот закон обязательно, хотя бы по медицинским показаниям для начала.

Скачать

Анетта Бганба, преподаватель Абхазского госуниверситета: Если мы предполагаем, что ребенок обязательно должен родиться на этот свет, то мы должны учитывать, что он может родиться с патологией. Готова ли наша социальная сфера принять таких детей? Какие социальные институты у нас существуют для поддержки таких детей? Эти институты не готовы к принятию детей с нарушениями в развитии. Поэтому получается, что доля ответственности ложится только на самого родителя. Если мы диктуем права нашим гражданам, значит, мы должны обеспечить им определенные условия.

– Что значит для Абхазии запрет абортов? К чему он привел в итоге?

Анетта Бганба: Он привел к тому, что социально обеспеченные граждане все равно решают эту проблему за пределами Республики Абхазия. А малообеспеченные граждане оказываются, к сожалению, в не очень хорошей ситуации, что влечет за собой очень негативные последствия, в том числе и смерть рожениц. Значит, этот факт нужно принять к сведению – увеличение смертности родителей и появление на свет детей с патологиями в развитии. Я прекрасно понимаю, чем руководствовались люди, что это нравственные аспекты, но это дело самой личности – принимать решение о рождении ребенка.

Бадри Есиава: Мы очень часто видим в соцсетях, да и в обществе об этом много говорят, что такие запреты, слишком суровые, нередко приводят к трагическим последствиям. Примеры встречаются в жизни периодически из-за этого. Мне кажется, что этот закон надо пересмотреть и предоставить людям возможность принимать решения самим. Не давить на них, а чтобы у них был выбор. Насколько я понимаю, главная цель этого закона – это положительно повлиять на демографию, на рождаемость в Абхазии. Но, как мы видим, этого сделать особо не удалось, такого демографического бума в стране мы не наблюдаем, что говорит, скорее всего, о том, что этот закон никак не повлиял на эту ситуацию.

Асида Кортуа: В «Фейсбуке» очень остро обсуждается вопрос девушки, которой было отказано сделать аборт. Этот закон, как и все остальные законы, принятые парламентом, он больше на бумаге, чем на деле. Я знаю многих женщин, которые, несмотря на эти запреты, делали и делают аборты. Я сама не сторонница абортов, и хочется, чтобы дети рождались, и демография росла, но закон имеет двойное дно. С одной стороны, очень большая проблема, как растить этих детей? В данном случае, с этой девушкой – в любом законе должны быть какие-то поправки, какие-то исключения, когда это жизненно необходимо.

Девушка: Даже сегодняшний случай в Абхазии – он же не первый, много таких случаев было. Я считаю, что этот закон ни к чему не привел. Рождаемость не увеличилась, а смертность матерей, да, была, хотя это скрывается. Женщины умирают от того, что в стране запрещены аборты. Сколько женщин поехали в Сочи и не вернулись, сколько женщин делали самоаборты. Ни к чему хорошему закон не привел. И слова наших политиков – «верьте в Бога, молитесь», «а вдруг ребенок здоровый родится», – как может политик такие вещи говорить? Если врач говорит, что нужно делать аборт, что ребенок не выживет, во всем мире существует такая практика. И что значит, замрет плод, и потом мы его уберем, а то, что после этого будет с матерью? Мать сидит, не может понять, замер плод или нет? Она будет сидеть неделю, у нее заражение пойдет, она может умереть. Я вообще поражаюсь, как можно было принять такой закон и не включить статью «по медицинским показаниям».

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Уважаемые посетители форума Радио "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG