Accessibility links

Руслан Тотров: «Я не просто останусь в информационном поле Осетии, но усилю свое присутствие»


Руслан Тотров

В отношении политического обозревателя Руслана Тотрова возбуждено уже третье административное дело за дискредитацию вооруженных сил Российской Федерации. Все материалы переданы в Промышленный суд Владикавказа, их рассмотрение назначено на 16 ноября. Сам Тотров в настоящее время находится за границей, вне досягаемости российских властей.

Владикавказский центр противодействия экстремизму МВД РСО-Алании возбудил в отношении политического обозревателя Руслана Тотрова уже третье административное дело по статье 20.3.3. КоАП РФ – «Публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооруженных сил Российской Федерации». Все три протокола переданы в Промышленный суд Владикавказа. Рассмотрение дела назначено на 16 ноября, говорит Руслан Тотров:

«Для меня, да и для всех, кто в теме, было совершенно очевидно, что включен печатный станок, тиражирующий административные, ну а потом, как мы все понимаем, и уголовные дела. Теперь возник уже третий протокол о так называемой дискредитации использования российской армии. Абсолютно нелегитимная история. Я категорически отрицаю любые обвинения по этому поводу в свой адрес. Обвиняя меня и других журналистов, которые смеют иметь альтернативную точку зрения на войну в Украине, эти государственные господа обвиняют здравый смысл в его присутствии. На сотрудников ЦПЭ я не злюсь и, тем более, не обижаюсь. Они, как люди подначальные, вынуждены это делать. По моей информации, в моем случае речь идет, условно говоря, о государственном заказе, потому как в последнее время я довольно отчетливо критиковал попытки осетинских так называемых государственных деятелей высшей категории привязать нашу нацию к концепции русского мира. Есть информация, что это небольшая месть за мои коммуникационные медиапотуги.

– Как это изменило жизнь, планы?

– Смотрите, какая штука, я ведь уже более года назад уехал из России. Это был довольно прозорливый шаг, как я теперь понимаю, поскольку, останься я в России, уже томился бы в узилище. Никакой пользы это никому бы не принесло, поскольку журналист по определению должен находиться на свободе. Поэтому жизнь моя вряд ли сильно изменится. Я не планирую ничего менять в своей работе. Я не просто останусь в информационном поле Осетии, но усилю свое присутствие в нем, если это в принципе возможно. Единственное, что меня тяготит в этой истории. Мы ведь понимаем, что административные протоколы очень скоро сменятся уголовным делом, значит, в течение какого-то времени я не смогу вернуться в Осетию, поскольку там будут и федеральный розыск, и все остальные церемонии, положенные по статусу».

Скачать

Эта история в последнюю очередь воспринимается североосетинским обществом как про дискредитацию армии, она – про изменение ситуации внутри республики. Притом, что россияне живут в одной стране, все-таки на разных ее территориях государство российское предоставляло местным обществам разный объем свобод. Северный Кавказ в этом смысле не исключение. Здесь через каждые сто километров менялась не только повестка дня, но и, скажем так, устанавливаемая государством мера допустимого.

Северная Осетия в этом смысле была одной из самых свободных республик Северного Кавказа, причем еще с советских времен. Светское общество, большая и авторитетная гуманитарная и творческая интеллигенция, плюс статус оплота России на Кавказе – все располагало к свойственной столицам вольности.

Североосетинские губернаторы, надо отдать им должное, тоже не пытались подмять под себя гражданское общество. Чтобы не быть голословным, можно привести в качестве примера судебную тяжбу главы республики Вячеслава Битарова против журналистки Мадины Сагеевой, которую губернатор не выиграл. Много вы знаете подобных примеров в России, чтобы губернатор не смог засудить местного журналиста?

Так было до недавнего времени, но не теперь, говорит североосетинский блогер Алик Пухати:

«Ситуация со свободой слова стала меняться после начала военной спецоперации на территории Украины. Блогеров и журналистов по неофициальным каналам предупредили, что от местных силовых органов Москва требует дел по новым статьям – о дискредитации вооруженных сил России. В общем, до нас было доведено: постарайтесь быть поаккуратнее, от нас требуют палки, от нас требуют дела, и мы будем их заводить, поэтому давайте не обострять ситуацию. Если первое административное дело против Руслана Тотрова можно было принять за последнее китайское предупреждение, то сразу последовавшие за ним второе и третье дела говорят нам, что это уже публичная порка журналиста. Ситуация теперь поменялась окончательно – больше нет той свободы слова, которую в Северной Осетии мы наблюдали последние пять-десять лет (опять же в сравнении с другими республиками Северного Кавказа). Статус-кво изменился кардинально. Безусловно, Руслан Тотров – яркий журналист и общественный деятель, поэтому эта история не осталась незамеченной, за ней сейчас наблюдают и в Северной, и в Южной Осетии».

  • 16x9 Image

    Мурат Гукемухов

    В 1988 году окончил Ставропольский политехнический институт, по специальности
    инженер-строитель.

    В разные годы был корреспондентом ИА Regnum, сотрудничал с издательским домом «КоммерсантЪ» и ​Institute for War and Peace Reporting (IWPR).

XS
SM
MD
LG