Accessibility links

Герман фон Хебель: «Наша задача – показать людям, что мы заботимся о жертве»


Секретарь Международного уголовного суда (МУС) Герман фон Хебель

Всю эту неделю в Тбилиси находятся представители Гаагского Международного уголовного суда (МУС). По их информации, в начале 2018 года в столице Грузии откроется местный офис этой организации. Напомним, МУС разрешил прокурору Фату Бенсуде вести расследование военных преступлений и преступлений против человечности, предположительно, имевших место в ходе августовской войны 2008 года. В рубрике «Гость недели» предлагаем эксклюзивное интервью нашей коллеги с грузинской службы Радио Свобода Нино Гелашвили с главой делегации, секретарем МУС Германом фон Хебелем.

Нино Гелашвили: Что изменится после открытия местного офиса Международного уголовного суда?

Герман фон Хебель: На практике, когда мы откроем здесь офис, мы будем иметь представителя или представителей, которые в Грузии будут работать для обеспечения эффективной коммуникации с разными сторонами. Сейчас офис прокурора (МУС) ведет большую следственную работу, и она не зависит от открытия офиса. С того момента, как мы откроем офис, наш представитель будет иметь тесные связи с властями Грузии, с НПО, гражданским обществом, с людьми, проживающими в разных поселениях (беженцев), естественно, со СМИ, чтобы больше информации предоставлять о текущей деятельности суда. И чтобы наш представитель получил информацию о том, какие есть пожелания и ожидания от Гаагского суда в Грузии. Наш представитель объяснит людям, что мы можем сделать, а что – нет.

Нино Гелашвили: Есть люди, жертвы, у которых пока не было связей с МУС. Что означает для них, потенциальных жертв, открытие офиса?

Герман фон Хебель: В первую очередь хочу сказать, что для суда жертва чрезвычайно важна, поскольку именно жертвы требуют правосудия. И в этом заключается концепция «Римского статута» – правосудие прежде всего должно свершиться ради жертвы. Сейчас мы на начальном этапе работы. Если жертвы недовольны тем, что с ними пока не связались, то это потому, что, вероятно, еще очень рано. Мы тесно контактируем с разными организациями, чтобы получить определенную информацию о жертве. Но только после того, как у нас будет больше точной информации о следствии, мы будем знать, какой может быть потенциальная роль жертвы в этом процессе. Пока у нас нет такой информации. Работы, поддерживающие жертв преступлений, совершенных в 2008 году, может осуществлять Целевой фонд МУС. Его работа не связана с ходом процесса правосудия. У него более широкий профиль. Впрочем, нам в первую очередь необходимо знать конкретно, через какую призму прокурор представит суду то или иное дело, но это будет после того, как следствие продвинется вперед.

Нино Гелашвили: Означает ли это, что первая информация о деталях расследования станет публичной после того, как офис прокурора (Фату Бенсуды) завершит следствие или выдаст первый ордер на арест?

Герман фон Хебель: Офис прокурора действует так: он выдает ордер на арест только тогда, когда у него собрано достаточно доказательств, которые убеждают прокурора в том, что его аргументы в суде будут прочными. По существующему опыту офис прокурора выдает ордер на арест лишь тогда, когда он готов выступить перед судом. Это значит, что следствию понадобится определенное время, поскольку прокурор должен быть уверен, что у него достаточно сильные аргументы для представления их в суде. Он должен быть уверен, что за подготовленным им делом последует обвинительный приговор. Следствие пока продолжается, у нас нет пока четкой картины, какой может быть роль жертвы в процессе правосудия.

Нино Гелашвили: И что является для вас, для секретариата МУС главным в отношениях с людьми, с обществом?

Герман фон Хебель: Думаю, один из главных вызовов – это донести информацию до общества об этом процессе. Кроме этого, ожидание людей в отношении деятельности суда. В процессе информирования у нас есть ограничения, тем не менее наша задача – показать людям, что мы заботимся о жертве. Сейчас очень рано начинать реальные шаги, хотя мы хотим как можно скорее перейти к действиям. Мы работаем для того, чтобы обеспечить полноценное участие жертвы в процессе судопроизводства после того, как будет выдвинуто обвинение или выдан ордер на арест и когда уже будет возможно начать (судебный) процесс в Гааге. Для нас это особенно важно, но на данном этапе мы ничего не можем сделать. Мы должны дождаться прокурора, как ждут ее все.

Нино Гелашвили: Открытие офиса (МУС в Грузии) может позволить жертве, к примеру, просто пойти туда и рассказать что-то?

Герман фон Хебель: Нет, это не так. Проблема в том, что мы должны дождаться, каким будет обвинение и будет ли ордер на арест. Прокурор, предположительно, не может фокусироваться на каждой жертве всех совершенных преступлений. Они фокусируются на ответственности высокопоставленных лиц. И только после того, когда мы определим, с чем имеем дело, мы сможем увидеть, кто эти люди, попадающие в ареал ответственности конкретного (высокопоставленного) лица. Это маленькая группа людей, часть тех, против кого совершено преступление. В заседании суда участвовать могут те люди, кто напрямую связаны с представшим перед ним обвиняемым. Поэтому для нас слишком рано определять эту группу (жертв), поскольку пока мы не знаем деталей.

Нино Гелашвили: И все же, если человек придет к вам в офис и скажет: «Я – жертва, я хочу рассказать вам что-то», какова процедура? Вы отпускаете его обратно домой или...?

Герман фон Хебель: Нет, мы объясним этому человеку то, что я вам сейчас рассказал. Естественно, получим от него информацию. Но в то же время мы не сможем сказать ему конкретно, какую роль он будет играть в процессе правосудия, поскольку это зависит от конкретного дела.

Нино Гелашвили: Можете рассказать чуть больше об оформленном договоре с властями Грузии, с Министерством юстиции, какие обязательства возлагаются на стороны?

Герман фон Хебель: Договор очень общий, рамочный, в его рамках мы и будем действовать. Секретариат ответственен за обеспечение участия жертвы в процессе правосудия, за защиту свидетеля, распространение информации. А также за исполнение распоряжения судьи при наличии такового. Все это написано в договоре. Правительство (Грузии) обязано сотрудничать с нами, чтобы я смог содействовать судьям в исполнении их работы. Уже есть очень тесное сотрудничество между нами и правительством, правительством и офисом прокурора, и это сотрудничество углубится, когда дело дойдет до этапа действий суда (МУС) и судебных процедур.

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG