Accessibility links

9½ тысяч причин разводов


Согласно данным Грузстата, чаще всего в Грузии расходятся пары, которые прожили вместе именно не больше четырех лет

В 2016 году в Грузии было зафиксировано больше всего разводов за последние 11 лет. Согласно данным Грузстата, брак в прошлом году расторгло более девяти с половиной тысяч пар (9 539). С какими факторами может быть связано увеличение статистики, стали ли люди проще смотреть на брак или причины кризиса отношений следует искать в другом направлении?

В западной терминологии есть такое понятие, как «лихорадка семи лет» – это кризис, наступающий после семи лет семейных отношений. Эйфория от влюбленности уже прошла, люди уже не пытаются казаться лучше, чем они есть на самом деле, и фокусировать свое внимание только на положительных качествах друг друга. На первый план выходят разбросанные носки и немытые чашки. Появляются дети, которым нужно много внимания. Люди устают друг от друга, отдаляются, а потом, как с красным и синим проводом: перережешь не тот – произойдет большой взрыв и семья разводится. Так описывает один из самых критичных периодов семейной жизни гештальт-консультант Лика Барабадзе.

Если перенести эту модель в грузинскую реальность, то ее можно назвать «лихорадкой четырех лет». Согласно данным Грузстата, чаще всего в Грузии расходятся пары, которые прожили вместе именно не больше четырех лет. В 2016 году их было более трех тысяч (3 064). А сразу же за «четырехлетками», согласно статистике, следует категория пар 20 плюс – это супруги, которые развелись, прожив бок о бок более 20 лет (2 296 пар).

«Пара остается одна. Детям они уже не нужны, потому что они уже взрослые. И тогда супругам нужно заново друг друга узнавать, они уже изменившиеся люди. Очень часто эти изменения происходят не вместе, а параллельно. Из-за того, что у них было что-то, что их связывало, – дети, например, или вместе ипотеку оплачивали, – и вдруг дети выросли, ипотека оплачена, и что теперь делать? Тогда пары либо заново друг к другу привыкают, либо распадаются», – говорит Лика Барабадзе.

В 2005 году было зафиксировано около двух тысяч разводов, в 2016-м – почти в пять раз больше. Ввиду того, что статистических данных совсем немного, а исследованием этой темы никто не занимается, специалисты могут лишь предположить, что увеличение разводов связано в первую очередь с тем, что в обществе изменилось отношение к самому факту расторжения брака. Развод больше не считается чем-то постыдным и неприемлемым. А женщины, которые часто и становились объектом порицания после расторжения брака, перестали мириться с домашним насилием, как прежде, говорит Лела Гаприндашвили – профессор Тбилисского государственного университета им. И. Джавахишвили, исследователь гендерных отношений:

«Если женщины раньше принимали то, что происходило в их семье, безоговорочно, скажем так, покорялись судьбе, то сейчас этот вопрос уже связан с правами женщин. Они осознали, что бороться с домашним насилием – это их право, что они вправе распоряжаться своей судьбой. Постепенно это осознают многие женщины», – говорит Лела Гаприндашвили.

Психотерапевт Софо Табагуа ведет свою статистику. В прошлом году она попыталась помочь разобраться в отношениях шести парам. Две из них развелись, об остальных пока не известно. Табагуа говорит о необходимости государственной поддержки семей, находящихся на грани развода. По ее словам, в Израиле, например, действует формат семейного суда, в рамках которого каждая пара на пути к расторжению брака встречается с психотерапевтом и получает профессиональную помощь в ряде вопросов. Это делается не для того, чтобы избежать развода любой ценой. Напротив, порой развод может быть лучшим исходом отношений, говорит Табагуа. Однако большое значение имеет и то, как пара к нему придет. Психотерапевт рассказывает о наиболее распространенных причинах конфликтов в семье, с которыми сталкивалась:

«Отсутствие гендерного равноправия, скудная коммуникация, какие-то запреты. Часто пара кажется абсолютно состоявшейся, финансово независимой, однако не может уйти от влияния старшего поколения. Это своего рода феномен «вечных детей», людей, которые, несмотря на свой возраст, остаются инфантильными».

Совсем недавно в Тбилиси прошла премьера фильма Наны Эквтимишвили и Симона Гросса «Моя счастливая семья» – кино о том, что распасться может даже та семья, где нет видимых на первый взгляд причин для развода. Просто один из супругов перестает чувствовать себя комфортно, признается в первую очередь самому себе, что несчастлив в браке, и уходит из семьи.

В психотерапии нет понятий «счастливая» и «несчастливая» семья. В этой сфере специалисты определяют статус семьи как функциональный либо дисфункциональный. И если со счастьем все немного сложнее, то в случае с функциональной семьей, по словам Софо Табагуа, можно сказать, что это семья, в которой, помимо «нас», существует «я», где люди уважают взгляды друг друга, умеют просить прощение, слушают и слышат друг друга, где принципы воспитания детей и взгляды на другие важные вопросы сходятся по своей сути.

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG