Accessibility links

Лучше читать, чем слушать


Давид Каландия

Чем еще заниматься во время вынужденной самоизоляции, как не разговорами о литературе? Говорить, говорить и говорить. И еще иногда читать.

(Вместо вступления)

Давным-давно, лет так 45 тому назад, я послушал и полюбил одну не самую популярную песню Владимира Высоцкого. Она называлась «Посещение музы». В ней рассказывалось, что у героя в жизни один раз был праздник – как-то ночью его посетила муза. Посетила, немного посидела и... ушла. Герой песни сетует, что у других эта муза задерживалась надолго, «засиживалась сутками у Блока, у Бальмонта жила не выходя». А у него она была мимоходом. В итоге от ее визита осталось только две строки.

«Вот две строки: «Я помню это чудное мгновенье,

Когда передо мной явилась ты».

Много позже, на другой записи я слушал комментарии Высоцкого, который давал разъяснение песне. Он говорил, что в одной газете был фельетон про поэта, чьи стихи оказались полным плагиатом чужих стихов. Плагиатор доказывал, что он сам написал свое стихотворение, что у него было вдохновение, к нему явилась муза и прошептала ему то, что потом он напечатал в журнале. Ну, полная мура, конечно. И Владимир Семеныч по этому газетному фельетону написал сатирическую песню, где он насмехался над аферистом.

Но самое занимательное в этой истории то, что объяснение моего любимого барда мне не понравилось! Да-да, не понравилось. Даже случилось какое-то разочарование, которое он дал своими комментариями. Мне представлялась совсем другая, более глубокая история: что у каждого человека раз в жизни может быть просветление, когда он способен совершить что-то нереально прекрасное. Ему дается шанс, а как он этим шансом воспользуется, это уже зависит от его смекалки и усердия. У героя песни был момент истины, к нему пришло вдохновение, он бросился к столу и написал строчки самого известного русскоязычного стиха. А больше у него ничего светлого и радостного не случилось. Подытоживая свою жизнь, герой вспоминает те две строки и успокаивает себя, что:

«Я гений, прочь сомнения,

Даешь восторги, лавры и цветы».

Да, он написал чужие стихи, но это был тот момент, когда он мог круто повернуть свою судьбу. Но он это не сделал. Он удовлетворился двумя гениальными строчками и успокоился. Муза от него ушла, он, «видно, ее плохо угостил». «Плохо угостил» – это были ключевые для меня слова. Плохо угостить – значит, не сберечь, не приголубить, не вцепиться в удачу мертвой хваткой. Я так себе это представлял. Если пришедшую к тебе музу не принять подобающим образом, не проявить терпенье и труд для ее обворожения, то она вильнет хвостом и уйдет к кому-нибудь другому.

Такое у меня было мнение по смыслу песни, отличающийся от того, что имел в виду сам автор. И мой вариант мне нравится больше.

А теперь о смысле... нет, не жизни, а о смысле литературных произведений.

Я слушал много литературных лекций, пока наконец не понял, что каждый филолог-исследователь высказывает свое мнение на то или иное произведение прозы и поэзии. И это мнение может совершенно не совпадать с тем, что автор замыслил на самом деле. А что автор замыслил – бог его знает. Не помню, кто именно, какой-то литературный монстр сказал такую фразу: «Я сегодня что-то написал, сам не понял что. Но ничего, завтра критики мне объяснят, что я написал. Подожду до завтра». Цитата неточная, но смысл таков. Кстати, подобную мысль высказал Джон Леннон, когда музыковеды находили в его мелодиях всякие эоловые аккорды, ионические переходы, альтерированные секвенции. Джон выслушал все эти мнения, а потом сказал: «Понятия не имею, о чем они говорят. Я ведь даже нот не знаю». У гениальных людей много чего происходит по наитию, иногда, наверное, даже сами не могут осознавать, что они написали, что создали, что сочинили. На то они и гении. А дело литературоведов копаться, искать, сравнивать и гнуть свою линию, мол, автор тут сказал так, а там – иначе. Ну, а чем же еще литературоведу заняться? Недавно слушал беседу одного такого деятеля. Он книгу написал на тему инфинитивных глаголов в русской поэзии. То есть в каком стихе автор употребляет глагол в неопределенной форме. Господи, для чего это исследовать? Неужели знание этого кому-нибудь дает чего-то полезного? Это уже какое-то извращение, если меня спросить. Хорошо, что меня никто не спрашивает, а то филологи остались бы без работы.

В советские времена в Грузии для изучения шедевра мировой литературы, поэмы Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре», был создан целый научно-исследовательский институт. Даже трудно себе представить, сколько диссертаций было защищено по этой поэме, сколько людей получили ученые степени и за счет повышения зарплаты смогли построить себе кооперативы и купить автомобиль «Лада».

Талантливые авторы дают работу целой плеяде людей, которые кормятся за счет их произведений, получают звания, занимают почетные места в президиуме и пользуются всеми благами этого мира. Наверное, так и должно быть – одни создают, другие на этом богатеют. Знал бы покойный Винсент Ван Гог, сколько стоят сегодня его картины, наверное, отрезал бы с досады себе второе ухо. Ведь за свою жизнь он смог продать только одну свою картину. А сколько искусствоведов до сих пор кормят свои семьи, исследуя творчество бедного Ван Гога, наверное, имя им легион.

Но я не про это хочу сказать, главная мысль моей сегодняшней проповеди та, что, наверное, каждый сам должен выносить умозаключение из всего прочитанного. В этом и вся прелесть, по-моему. Ну а потом, если есть желание, можно послушать лекцию какого-нибудь известного литературоведа по поводу книги, с которой ознакомился. Я даже уверен, что заранее слушать такие лекции не стоит. Это может отбить желание прочитать книгу. Или повести совсем в другое направление. Потому что литературовед тоже человек, у него тоже есть вкус и иногда даже какие-то грешные мысли. И очень возможно, что он может сырую душу повести не по правильному пути.

Есть такой писатель и литературный просветитель Дмитрий Быков. Очень люблю я его слушать, всем советую, он обладает невероятно огромной литературной информацией. Кажется, что он читал все. Кто-то даже пошутил, сказал, что неделю назад где-то в Гренландии кто-то написал книгу, а Дмитрий Львович уже лекцию может о ней прочитать. Знания у него – энциклопедические! Я часто слушаю его выступления, но еще чаще, когда он говорит про те книги, которые я знаю, во мне растет чувство несогласия. На радиостанции «Эхо Москвы», по четвергам, в ночное время, в течение двух часов он отвечает на вопросы радиослушателей. Очень интересно его слушать. Его часто спрашивают про того или другого автора, и он дает ту или иную оценку. Но опять-таки это все очень индивидуально, очень лично, очень, я бы сказал, предвзято. Первый раз меня резануло, когда на чей-то вопрос о писателе Дэне Симмонсе Быков ответил, что ему скучно его читать. Я очень удивился, так как Дэн Симмонс, современный американский писатель, автор, не побоюсь сказать, культовой фантастической тетралогии «Гиперион», никак не может быть скучным, по моим понятиям. Я тот роман читал взахлеб, и, может быть, когда-нибудь еще перечитаю, так как вещь многоплановая и очень разнообразная. А ведь есть люди, которые Симмонса не читали. Они, послушав рекомендацию Быкова, которому они доверяют, больше не откроют книгу данного автора и тем самым, может быть, лишат себя очень яркого удовольствия. Так что я бы все-таки поостерегся давать такие оценки, особенно по именитым авторам, которые уже обеспечили свое место в литературе. При всем при том Дмитрия Быкова я очень уважаю и с удовольствием слушаю его разговоры про те вещи, которые сам никогда не прочту, например, Дэвида Фостера Уоллеса. Я прихожу к выводу, что люди хотят прослушать лекцию про ту книгу, которую никогда не будут читать. А если хочешь прочитать сам, то зачем заранее настраиваться на какой-то посыл? Прочитай, а потом иди в клуб анонимных книгочеев и слушай-говори про прочитанную вещь.

К примеру, знаменитый рассказ Антона Чехова «Палата №6» часто представляется как микроскопическая модель России. Обитатели палаты – это население России, а сторож Никита, олицетворяющий самодержавие, периодически избивает каждого пациента. Может быть, это и так. Может, Антон Павлович, когда писал этот рассказа, так и задумывал. А может, он просто описывал рядовую палату среднестатистического сумасшедшего дома, и ему хотелось рассказать о чем-то другом. Так что пусть каждый сам находит свое рациональное зерно, сам выносит свое мнение и сам делает выводы. Мне так представляется. И слушая лекцию Дмитрий Быкова про Чехова, это все-таки мнение именно Быкова, а не голос самого Чехова, так мне представляется. И с Чеховым я сам разберусь, надо только его прочитать, чего и вам всем желаю.

Мнения, высказанные в рубриках «Позиция» и «Блоги», передают взгляды авторов и не обязательно отражают позицию редакции

XS
SM
MD
LG