Патриархия Грузии в конце 2025 года заявила, что как минимум трижды обращалась к властям с призывом освободить задержанных на акциях протеста (в том числе журналистку Мзию Амаглобели), однако «этому вопросу не было дано хода».
«Это был проявление гуманизма со стороны Церкви, а не политический шаг», - заявил грузинской службе Радио Свобода руководитель службы по связям с общественностью Патриархии, протоиерей Андрия Джагмаидзе. «У государства не было юридических оснований рассматривать этот вопрос иначе», - говорится в ответе партии «Грузинская мечта» Патриархии.
31 декабря в эфире телеканала Патриархии - «Эртсуловнеба» Андрия Джагмаидзе заявил, что дважды лично обсуждал вопрос освобождения задержанных с представителями власти. Еще раз этот вопрос поднимал с грузинским премьером местоблюститель патриаршего престола митрополит Шио Муджири, однако безрезультатно.
Между тем, родители задержанных во время акций в ноябре–декабре 2024 года утверждают, что за последний год с ними никто из Патриархии не связывался, хотя они сами пытались контактировать с Церковью.
Протоиерей Андрия Джагмаидзе сообщает, что в начале 2025 года представительницы оппозиционных партий обратились в Патриархию с просьбой о встрече – встреча состоялась. Политиков-женщин принял местоблюститель патриаршего престола, митрополит Шио (Муджири).
«На встрече речь шла о лицах, задержанных во время протестных акций. Политики выразили желание, чтобы Патриархия выступила с посредником в контактах с властями. Мы не отказали и, как и обещали, по поручению владыки Шио я поднял этот вопрос перед представителями власти. Это было ходатайство в форме вопроса и пожелания, которое можно выразить примерно так: возможно ли по прошествии определённого времени пересмотреть обвинения и, если это допустимо, смягчить позицию правоохранительных органов в отношении людей, обвиняемых в менее тяжких преступлениях? Среди прочего вопрос касался и Мзии Амаглобели. Это было примерно в марте–апреле. Позже у самого владыки Шио также появилась возможность обсудить этот вопрос. Мы получили ответ, что у государства нет юридических оснований рассматривать этот вопрос иначе. Это был гуманитарный шаг со стороны Патриархии, а не политический, поэтому я избегаю большей конкретики», — говорится в письменном ответе Андрии Джагмайдзе на вопросы Радио Свободы.
Протоиерей также отметил, что Патриархия постоянно вовлечена в жизнь людей, находящихся в пенитенциарных учреждениях:
«За последние 13 месяцев представители духовенства совершили 5 200 визитов к заключённым, реализовано несколько десятков различных проектов, а также в разное время от патриарха направлялись небольшие подарки. У каждого заключённого есть возможность воспользоваться встречей со священником, никаких ограничений в этом плане нет. Мы не придаём этим действиям широкой огласки. Не афишируем и те случаи, которым могут быть даны политические оценки. Общество устало, и, как вы знаете, сегодня каждое публичное заявление оценивается по политическим критериям», - говорит Джагмайдзе.
В эфире телеканала «Эртсуловнеба», Андрия Джагмаидзе также назвал необоснованным упрёк в том, что Патриархия якобы отдалилась от людей, стоявших на стороне протеста, и противостояла им. В качестве подтверждения он напоминает о действиях духовенства во время демонстраций в ноябре–декабре 2024 года у тбилисской церкви Кашвети:
«Каждую ночь священнослужители по очереди дежурили у Кашвети и создавали своего рода заграждение для этих людей. Есть много кадров, на которых видно, как священники сами закапывают людям в глаза [физраствор], подают воду, укрывают их в храме. Во дворе отцы буквально стояли цепью, и, разумеется, это учитывал и спецназ, они (силовики) туда не заходили», — сказал Андрия Джагмаидзе.
Заявление Патриархии с просьбой к «Грузинской мечте» об освобождении заключённых было адресовано и родителям задержанных, они, между тем, заявляют, что больше ничего не ждут от Церкви. После отказа в досрочном освобождении (так называемом УДО) у них также нет надежды ни на помилование, ни на амнистию для своих детей.
Мать одного из заключённых, Торнике Гошадзе – Маризи Кобахидзе говорит, что за последний год у матерей заключённых не раз возникала идея прийти в Патриархию и задать вопросы, однако каждый раз именно недоверие становилось причиной отказа от этой идеи:
«Где Церковь, почему она не отзывается, почему не интересуется судьбой ребят? Эти вопросы мы постоянно задавали с телеэкранов. В Патриархию мы не ходили. Никто не верил, что вообще кто-то выйдет и поговорит с нами… и оттуда с нами никогда никто не связывался. Теперь, когда они говорят, что обратились к властям и остались без ответа, в это тоже трудно поверить. Если бы они действительно чего-то потребовали… у Церкви в этой стране такая сила, что это правительство не смогло бы им противостоять»
Мать (еще одного задержанного) Сабы Схвитаридзе – Элене Ахобадзе, которая на протяжении тридцати лет была прихожанкой одного из храмов, рассказывает грузинской службе Радио Свобода, что после задержания Сабы ни его судьбой, ни судьбой его семьи в этой церкви ни разу никто не поинтересовался.
Заявление же Патриархии об обращении к властям Ахобадзе считает попыткой оправдаться и исправить своё положение:
«Рядом с нами не стоял никто из них (представителей Патриархии), кроме нескольких священников, и их служение тоже приостановили. Я считаю, что у Патриархии всегда была сила и влияние в государстве, и сейчас она тоже могла сказать своё слово, но не сделала этого. В то же время я не исключаю, что и за этим заявлением стоит власть, которой самой не хочется признавать ошибки. Проще сказать: вот, мы учли просьбу Патриархии», - говорит Элене Ахобадзе.
Маризи, Элене, а также другие родители и родственники заключённых в последние дни не раз подчёркивали, что ни один из задержанных не собирается признавать вину.
«Потому, что они ничего не совершали», - говорит Элене Ахобадзе.
«И эти 11 месяцев пройдут, и Торнике выйдет с поднятой головой», - говорит Маризи Кобахидзе.
Маризи также вспоминает, что незадолго до заявления Патриархии – 19 декабря, «Уцноби» - (шоумен Георгий Гачечиладзе) попросил Ираклия Кобахидзе и Патриархию помиловать часть задержанных на протестных акциях: «сделайте это лично для меня, я возьму на себя ответственность за то, что эти люди больше не совершат того же самого», - сказал он. При этом «Уцноби» тут же дал понять, что ожидает от заключённых «признания неправильного поступка» и выражения раскаяния.
Гия Гачечиладзе тогда уточнил, что имеет в виду исключительно «ситуацию с ребятами» (упомянул и имя задержанного актера Андро Чичинадзе), а не всех остальных, в том числе политиков.
«Никаких признаний» - такова твёрдая позиция заключённых. Досрочное освобождение (так называемое УДО), как «предусмотренная законом уступка», коснулось всех демонстрантов, приговорённых к двум годам лишения свободы. Однако на данном этапе ни однин из них не освобожден из заключения.
21 декабря актёр Андро Чичинадзе в письме, отправленном из тюрьмы, писал, что любые разговоры о помиловании являются излишними и что он не подпишет никаких документов, связанных с этим вопросом.
Как и для других заключённых, задержанных на акциях протеста, для него единственным приемлемым выходом остаётся решение Апелляционного суда, в случае если тот вынесет объективный и беспристрастный вердикт.
22 декабря схожее заявление сделал ещё один участник протестов Мате Девидзе. Апелляционный суд оставил в силе приговор в его отношении – 4 года и 6 месяцев лишения свободы.
«Сначала меня называли насильником, потом разрушителем страны, потом предателем, а теперь вдруг должны пожалеть?.. Извините, но это абсурд», — сказал Мате.
То же самое из заключения написали Николоз Джавахишвили, Торнике Гошадзе, Саба Свхитаридзе и Резо Кикнадзе. Их позицию разделяют и другие заключённые, задержанные на проевропейских акциях протеста.
В статье о помиловании УК Грузии отмечается, что помилование и условно-досрочное освобождение – это разные процедуры. Помилование является дискреционным правом президента: он может помиловать любого заключённого без каких-либо объяснений. Для помилования не требуется признания вины или официального заявления. Однако в случае с демонстрантами избранный «Грузинской мечтой» президент Михаил Кавелашвили заявляет, что они «должны признать свои ошибки».
Грузинский премьер Ираклий Кобахидзе 22 декабря в эфире телеканала «Рустави 2», отвечая на вопрос о том, планирует ли власть помилование или амнистию задержанных демонстрантов, дал отрицательный ответ:
«Для того чтобы был превентивный эффект и чтобы в будущем ни у кого не возникало соблазна совершать подобные преступления, естественно, важно, чтобы наказание было надлежащим образом исполнено», — сказал он.
Форум