Выборы как повод для раскола?

Изида Чаниа

Это случилось. Парламент Абхазии сегодня вернулся с каникул. Радостная новость в одночасье облетела страну. Пользователи соцсетей вскричали громкое «ура» и посоветовали народным избранникам забыть о выборах и наконец-то заняться свой прямой обязанностью – законотворчеством. В теплых пожеланиях активистов явно сквозил сарказм. Дело в том, что нынешние выборы президента вызвали бурю негодования именно в адрес народных избранников. Общественность выражала сомнения в компетентности и работоспособности депутатов. Связано это было с поствыборным конфликтом, возникшим из-за различных трактовок одной из статей закона, явно впопыхах внесенной народными избранниками в закон о выборах президента накануне выборов.

Статья стала предметом беспокойства кандидатов ближе ко второму туру выборов президента, но народные избранники, увлеченные выборным процессом, сославшись на отпуск, не стали собираться для того, чтобы ответить на запрос Центральной избирательной комиссии. В результате кандидат, набравший меньшее количество голосов, обвинил ЦИК в незаконном решении и обратился с исковым заявлением в суд. Суд отказал в удовлетворении иска и признал решение Центральной избирательной комиссии законным. Оппозиция сегодня подала жалобу на это решение, т.е. конфликт продолжается. И хотя всем понятно, что, не было бы проблем с этой статьей закона, нашлись бы другие причины для протестов оппонентов, но факт остается фактом – депутаты не сочли своей обязанностью отвлечься от каникул (или от выборов) во имя спокойствия в обществе.

Your browser doesn’t support HTML5

Выборы как повод для раскола?

Неудивительно, что после всех этих событий возник интерес к тому, что обсуждали депутаты парламента в свой первый рабочий день. Совершенствование закона о выборах, новые методы работы, ревизию законодательства или хотя бы повестку дня следующего заседания сессии и его дату? Ничего подобного. На сегодняшнее рабочее заседание не пришла большая часть оппозиционных депутатов. Видимо, часть из них не спешит выполнять свой служебный долг и депутатские обязанности и таким образом выражает свой протест.

В связи с этим возникают сомнения в том, что в ближайшем будущем, а может быть, и вообще от этого созыва парламента, мы услышим результаты депутатского расследования по энергетике, которое было столь громко использовано в выборной кампании, отчет комиссии по вопросам добычи нефти или, к примеру, третье слушанье по закону о декларировании доходов и расходов.

Чтобы наглядно продемонстрировать темпы работы депутатского корпуса, напомню, что комиссия по вопросам добычи углеводородного сырья на территории Абхазии была создана в парламенте 20 марта нынешнего года. В нее вошли 12 депутатов, которые должны были изучить экономическую эффективность, экологическую безопасность разведки и добычи нефти на территории Абхазии. На исходе седьмой месяц «изучения», и о готовности комиссии сообщить результаты проведенного расследования никто и не слышал.

Ладно, с нефтью что-то пошло не так. Но вот еще одно решение народных избранников – прямые трансляции с заседаний в парламенте. Спорили до изнеможения более года и 8 ноября 2018 года приняли решение о прямой трансляции с заседаний сессии. Сопровождалось решение пламенными речами об открытости и прозрачности, о демократии и свободе слова и о журналистах, которые что-то неправильно рассказывают. На исполнение принятого решения отвели три месяца. Позволю себе напомнить: с тех пор прошел без месяца год, но прямых эфиров из парламента никто не видел, а сами депутаты, похоже, забыли о своем решении.

Отдельная история с законопроектом «Об обязательном декларировании доходов, расходов, имущества и обязательств имущественного характера публичными служащими и депутатами». Этот законопроект обсуждается в парламенте с 2017 года. 25 февраля нынешнего года под давлением общественных активистов он наконец-то был принят в первом чтении, еще через месяц – второе чтение, и закон замер. Вернется ли парламент к третьему и четвертому чтению в нынешнем созыве или этот проект закона ждет такая же судьба, как и у другого столь же необходимого стране закона «О госслужбе», три варианта которого пылятся в парламенте уже два созыва?

Перечень проигнорированных законопроектов, недопринятых поправок и неисполненных решений можно продолжать бесконечно. По данным Центра стратегических исследований, нынешним созывом парламента за один год с апреля 2017 года по апрель 2018 года было принято всего два закона. Данную информацию опровергла пресс-служба парламента, которая указала на принятие 64 законов. Но есть тут некоторое лукавство – в число 64 включены и поправки, принимаемые парламентом к различным законам, и соглашения, ратифицированные парламентом. Они так и звучат: закон «О внесении изменений в закон…», закон о ратификации Соглашения между правительством Республики Абхазия и правительством Российской Федерации…»

Стоит ли напоминать, что без нормальной законодательной базы невозможно бороться с коррупцией, проводить реформы в экономике, здравоохранении, образовании и даже перераспределять полномочия между ветвями власти и ограничивать действия президента. И роль парламента здесь переоценить невозможно. За что бы ни брались общественники, оппозиционеры, бизнесмены – все сталкиваются с несовершенством законодательства, и кажется, что вот сейчас депутаты откликнутся на происходящие процессы и начнут принимать качественные законы. Но нет, не до того депутатам.

Чтобы не ходить далеко за примерами, напомню про референдум 2016 года, который выявил, что закон о референдуме безнадежно устарел и в нем не предусмотрены даже наблюдатели и агитация. После провала референдума я наивно думала, что депутаты парламента сразу после неудачного референдума примут новый закон. Но о законе и его несовершенстве забыли все, как только было объявлено, что референдум не состоялся.

А теперь немного ассоциаций, которые возникли у меня после того, как я узнала, что часть оппозиционно настроенных депутатов парламента не явилась на рабочее совещание в первый рабочий день. Черт с налогами, которые мы платим, чтобы содержать власть, в том числе и законодательную. Тут есть более серьезные причины для беспокойства – намечающийся раскол парламента. И эту историю мы уже проходили.

5 мая 1992 года грузинская часть депутатского корпуса покинула парламент в знак протеста. Причина раскола? Даже боюсь сказать – выборы. Грузинская часть не согласилась с большинством, проголосовавшим не за кандидатуру, выдвинутую ими на должность председателя Верховного Совета Гиви Ломинадзе, а за кандидатуру Важи Зарандия, и создала свой этнический парламент – на Госдаче. После этого начался раскол во всех государственных структурах по национальному признаку. Думаете, что раскол законодательной ветви власти по политическому признаку менее опасен для страны, чем по национальному?

Мнения, высказанные в рубриках «Позиция» и «Блоги», передают взгляды авторов и не обязательно отражают позицию редакции