Accessibility links

Тенгиз Джопуа: «Не опасаясь оппозиции, власть делает то, что считает нужным»


Тенгиз Джопуа
Тенгиз Джопуа

О том, каким был для Абхазии 2022 год, были ли какие-то достижения у исполнительной власти, как работал новый состав парламента и какие шаги предпринимала оппозиция, в интервью «Эху Кавказа» рассказал общественный деятель Тенгиз Джопуа.

– В конце года принято подводить итоги, на ваш взгляд, с чем пришла Абхазия к концу 2022 года? Как вы оцениваете политическую ситуацию в республике?

Со стороны оппозиции не просматривается какой-либо перспективы достаточно серьезной. В деятельности парламента прослеживается желание закрыться от народа, в меньшей степени информировать общество о происходящих событиях внутри парламент

– Соотношение политических сил в Абхазии не изменилось. Что касается власти, уровень легитимизации у нас снизился, объем доверия со стороны народа упал. Это связано с тем, что власть не выполнила большую часть обещаний, которые она давала в предвыборный период. И у населения очень большой объем разочарований по отношению к власти. По крайней мере, у активной части населения, которая за них голосовала. Со стороны оппозиции не просматривается какой-либо перспективы достаточно серьезной, оппозиция очень слабая. В политической борьбе сказать, что она активно участвовала в прошедшем году, я не могу. Была какая-то деятельность, но она в недостаточной степени влияла на общественно-политическую ситуацию в республике. У нас был сформирован парламент, по парламенту тоже есть определенный объем разочарований. Потенциал парламента, на мой взгляд, ниже, чем был у предыдущего созыва. В деятельности парламента прослеживается желание закрыться от народа, в меньшей степени информировать общество о происходящих событиях внутри парламента. Меньше информации поступает, сам факт ограничений деятельности журналистов внутри парламента говорит о многом. Была надежда, что с появлением нового парламента, там большое количество молодых людей, у нас хотя бы появится возможность видеть в режиме онлайн репортажи, видео слушаний, сессии парламента. Те надежды, которые мы связывали с парламентом, эти надежды не оправдались.

– Как вы оцениваете работу исполнительной власти, есть ли у нее какие-то достижения?

У власти есть одно большое достижение – это достижение связано с непреодолимым желанием реализовать оставшиеся ресурсы государства иностранным инвесторам

– У исполнительной власти есть одно большое достижение – это достижение связано с огромным желанием, непреодолимым желанием реализовать ресурсы государства, оставшиеся ресурсы государства иностранным инвесторам, хотя я бы не стал их так громко называть – иностранные инвесторы. Очень много скандалов было по поводу государственного имущества и попыток со стороны органов государственной власти, высшего руководства страны передать права собственности на это имущество иным лицам, это и в отношении Пицунды. Никаких существенных мер, связанных с реформированием государственной системы, связанных с попыткой усилить финансовую дисциплину внутри власти, мерами, направленными на борьбу с коррупцией, абхазский народ со стороны власти не увидел. Было много скандалов, информация проходила в оппозиционной среде, в обществе обсуждалась очень активно тема хищения государственных средств, о злоупотреблениях государственными средствами. Но власть не проявила никакой активности в отношении проверки этой информации, принятии каких-то мер даже в части того, чтобы дать правовую оценку этой информации. То есть заинтересованности власти в борьбе с коррупцией мы в прошлом году не заметили.

– Вы имели в виду энергокризис и те заявления, которые были сделаны оппозицией в связи с ремонтом высоковольтной линии «Ачгуара»?

Власть не намерена создавать себе проблемы, у нее есть какое-то желание сохраниться долго, насколько это возможно. И пока она находится там, максимально использовать все возможности, чтобы свои интересы реализовать

– Да, совершенно верно, это энергокризис, документы, содержащие признаки хищения, злоупотребление служебным положением, хищение государственных средств, но не только «Ачгуара». В течение 2022 года было немало случаев. До этого существовавшие коррупционные схемы, которые были большими, резонансными, особого продвижения в части расследования этих схем, этих случаев мы не заметили. Это касается и «Абхазтопа», Сбербанка, это касается хищений, связанных со строительными подрядами. Сложилось такое впечатление в деятельности власти, что она пришла, чтобы реализовать какие-то собственные бизнес-интересы, бизнес-проекты. Власть не пытается сделать какие-то жесткие шаги, связанные с изменением экономической ситуации, с изменением ситуации в части правоохранительной деятельности. Никаких жестких, волевых решений со стороны власти нет. Власть, наверное, не намерена создавать себе проблемы, у нее есть какое-то желание сохраниться долго, насколько это возможно. И пока она находится там, максимально использовать все имеющиеся у нее возможности, чтобы свои коммерческие интересы, какие-то личные интересы, групповые интересы реализовать. Это касается в первую очередь энергоситуации в стране. Государство оказалось абсолютно неспособно решить эту проблему. Потом ситуация касается государственной дачи «Пицунда», где власть пыталась завуалированно передать права собственности на государственную дачу иным лицам. И другие объекты. В обществе обсуждается много вопросов, связанных с передачей имущества на уровне слухов, – то один объект, то второй объект, то третий. В публичном пространстве появилась информация по нескольким крупным объектам, по Пицунде, но это не все, что происходило в стране в 2022 году. В 2023 году я предполагаю, что власть будет действовать именно в этом направлении. Какого-либо опасения власть со стороны оппозиции не чувствует. Это однозначно, это прослеживалось весь прошедший год, потому что оппозиция сама по себе слабая, не опасаясь каких-либо действий со стороны оппозиции, в отсутствии угрозы потери власти, власть делает то, что считает нужным.

– Лидеры оппозиции не раз говорили, что они не намерены прибегать к тем мерам, которые были ранее, я имею в виду события января 2020 года, например.

Выборы у нас фактически превратились в торгово-денежные отношения, и в таких условиях выиграть в соответствии с теми нормами, которые заложены в Конституции РА, в Абхазии уже невозможно

– В абхазской политике уже сложились определенные политические традиции, они уже стали прецедентными. Эти политические традиции диктовали политическую жизнь Абхазии на протяжении нескольких десятилетий. И то, что оппозиция говорит о том, что она не собирается выходить за рамки правового поля, это в большей степени, наверное, на фоне того исторического, политического опыта, который присутствует у нас в послевоенное время, скорее, говорит о ее слабости. Даже если оппозиция не собирается этого делать, она должна в любом случае создавать угрозу этой ситуации, потому что иначе власть не будет чувствовать давление со стороны общества. У нас легитимным путем, путем выборов изменить власть в стране не получается, потому что у нас высокий уровень электоральной коррупции, на выборах активно используется административный ресурс, финансы. Выборы у нас фактически превратились в торгово-денежные отношения, и в таких условиях выиграть в соответствии с теми нормами, которые заложены в Конституции РА, в Абхазии уже невозможно. Именно по этой причине у нас власть периодически меняется путем свержения, именно свержения существующей власти. А потом уже происходят выборы, после которых это свержение легитимизируется. И другого выхода изменения власти в стране у нас не будет до тех пор, пока мы не изменим политическую систему, избирательную систему, если мы не начнем проводить реформы в стране.

– По поводу реформы, была создана конституционная комиссия, были озвучены предложения комиссии, но, к сожалению, как я поняла, их проигнорировали. На ваш взгляд, конституционная комиссия для чего была создана?

У каждой группы людей, которая приходит к власти, один интерес: максимально укрепить собственную власть, сделать себя абсолютно неуязвимым от влияния оппозиции, со стороны общества, чтобы сохранить себя

– Она преследовала сугубо политические цели, конъектурные, потому что к тому периоду нужно было создать хоть какую-то видимость деятельности в этом направлении, потому что было очень много обещаний со стороны идущих во власть людей, была создана комиссия для галочки, для того, чтобы успокоить некоторые умы в оппозиции, в обществе. Бессмысленно проработала эта комиссия, результаты работы этой комиссии были представлены президенту, но они изначально исполнительную власть не интересовали. Они не собирались использовать этот результат в целях реформирования. У них был свой план. У каждой группы людей, которая приходит к власти, у них один интерес: максимально укрепить собственную власть, сделать себя абсолютно неуязвимым от влияния оппозиции, со стороны общества, чтобы сохранить себя. Они все пытаются максимально укрепить собственную власть, усилить правовыми средствами, еще какими-то свою легитимность. В нормальном государстве легитимность власти усиливается благодаря эффективной экономической, социальной политики, качественной работы государственных структур, а у нас можно только правовыми способами, силовыми, административными, строить заборы, ограждения и т.д. По-другому не получается. Я уже не верю в какие-либо призывы власти о реформировании, в их обещания я не верю, в создаваемые ими комиссии я не верю, я вообще им не верю!

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Подписывайтесь на нас в соцсетях

Форум

XS
SM
MD
LG