Общественная палата самопровозглашенной республики Абхазия VII созыва, задуманная как площадка для диалога между обществом и властью, оказалась под огнем критики. Формально обновленная, ее состав фактически остался прежним: те же лица, те же принципы формирования и, по мнению оппонентов, та же зависимость от исполнительной власти. Главная претензия – отсутствие представителей оппозиции. Главный вопрос - способна ли палата в таком виде выполнять роль посредника в моменты политической турбулентности?
В Абхазии завершено формирование Общественной палаты VII созыва – органа, который должен обеспечивать взаимодействие гражданского общества и государства. Формально процедура была соблюдена: 13 членов назначены президентом, 11 делегированы органами местного самоуправления, еще 11 представителей общественных организаций избраны уже этими 24 участниками. Но именно эта конструкция, по мнению критиков, и определяет главный изъян системы:
«При такой системе Палата по сути является президентской, а не общественной. Название не отражает сути этого коллективного органа», – пишет «Эхо Абхазии».
Ключевая претензия оппозиции и общественных организаций – отсутствие в новом составе оппозиционных сил. Обновление Палаты, по их оценке, оказалось формальностью:
«Свыше 90% участников просто перешли из старого состава. Фактически, палата переголосовала сама за себя. Но главное даже не это. В составе – ни одного представителя оппозиционных общественных организаций. И здесь ответственность лежит не только на самой палате, но и на исполнительной власти, и на президенте. Если значительная часть общества не представлена в таких институтах, возникает простой вопрос: в чем тогда их смысл?», – пишет телеграм-канал «Республика».
Самой спорной частью ее комплектации стала «общественная квота», которая формально должна обеспечивать независимость палаты. Однако, по утверждению оппозиции, и этот механизм оказался под контролем администрации президента, вмешавшейся в отбор кандидатов и лишившей процедуру объективности и доверия. В этом году на общественную квоту претендовали 33 кандидата с полным пакетом документов – от биографий до справок об отсутствии судимости и зависимостей.
«Администрация Президента не удержалась от соблазна установить тотальный контроль даже над этой, финальной квотой. В подобных обстоятельствах ни о каком «общественном контроле за деятельностью органов исполнительной власти» объективно не может быть и речи», – заявил высший совет общественной организации «Аидгылара».
Другая рганизация ветеранов - «Аруаа», подчеркивает, что новые правила, исключающие возможность прямого представительства политических партий в Общественной палате, на практике оказались формальностью. По их словам, в списке, утвержденном президентом, оказались активисты и члены политических партий.
В числе назначенных – Астамур Адлейба, Коба Гогохия, Анна Гуния, Омар Джинджолия, Абесалом Кварчия, Гульнара Кичба, Фрида Лазба, Отар Ломия, Александр Страничкин, Батал Табагуа, Низам Хапат, Мелик Хачарян и Руслан Хашиг.
Отметим, что этот первоначальный список был скорректирован: в указе Бадры Гунба от 20 февраля фигурировал директор Сухумского центрального рынка Алхас Гургулия, однако позже его заменили на Омара Джинджолия. Это, вероятно, связано с тем, что Гургулия проходит по уголовному делу о нападении на оппозиционера Эшсоу Какалия и находится под домашним арестом. В состав палаты он был включен всего за несколько дней до инцидента.
2 апреля 2026 года по итогам тайного рейтингового голосования были избраны следующие представители от общественных и некоммерческих организаций:
Даур Агрба (БФ «Акзаара»), Эраст Агумава (Фонд им. С. В. Багапш), Варлам Аргун (ОО «Союз виноградарей и виноделов»), Зураб Багапш (ОО «Федерация баскетбола Абхазии»), Самвел Карапетян (ОО «Армянская община Абхазии»), Ада Кварчелия (ОО «Союз женщин Абхазии»), Тамази Кецба (ОБО «Панорама»), Инал Лазба (ОО «Союз журналистов Абхазии»), Дона Малия (ОО «Женсовет Пицунды»), Темур Пипия (Фонд международного делового сотрудничества), Изольда Хагба (ОО «Всемирный абхазо-абазинский конгресс»).
Критики власти утверждают, что Общественная палата так и не стала полноценной площадкой для широкого общественного диалога. По мнению представителей организации «Аруаа», это подтверждается рядом фактов:
«В состав Общественной палаты уже третий раз с 2020 года не были включены представители одной из крупных общественных организаций ветеранов войны – «Аруаа» Рауль Смыр, Автандил Гарцкия. В нынешнем созыве председатель РОО «Аруаа» – Темур Гулия».
Несмотря на неоднократные заявления Бадры Гунба о необходимости диалога с оппозицией, отсутствие в Палате альтернативных точек зрения, по словам ветеранской организации, приведет к тому, что взаимодействие между властью и ее оппонентами будет происходить через акции протеста и митинги.
Схожую позицию озвучивает и «Аидгылара». В своем заявлении организация подчеркивает, что представители оппозиции фактически исключены из процесса принятия решений, и «президент вновь наступает на старые грабли, повторяя системные ошибки своего предшественника».
Авторы телеграм-канала «Республика» в свою очередь напоминают о событиях ноября 2024 года, когда Абхазия столкнулась с серьезным политическим кризисом. Тогда представители Общественной палаты прибыли в Администрацию президента, пытаясь выступить посредниками и призывая стороны к диалогу. Кризис, вызванный инвестиционным соглашением с Россией, сопровождался задержаниями оппозиционеров и блокировкой въездов в Сухуми. В той ситуации члены Палаты сформировали переговорную группу и фактически стали «челночными дипломатами»: добились гарантий от президента отпустить задержанных и убедили протестующих разблокировать инфраструктуру.
Сегодня, по мнению критиков, способность Палаты выполнять такую роль оказывается под сомнением:
«Когда вместо площадки для разных мнений вы превращаете палату в закрытый клуб, где голосуют друг за друга «по старой дружбе». И теперь вопрос: когда в стране возникнет следующий политический кризис, кто из вас сможет быть влиятельным посредником? И с кем из вас вообще будут разговаривать? Вы сами создаете условия для кризисов, а затем с невинными лицами призываете к миру и спокойствию», – пишут авторы телеграм-канала «Республика».
Формально Общественная палата Абхазии сохраняет все признаки независимого института: регулярное обновление состава, конкурсный отбор, статус посредника. Фактически же, как считают наблюдатели, она все больше превращается в структуру с ограниченным представительством и предсказуемой лояльностью.
«Общественная палата, при всем моем уважении к его членам, такой же клуб из несколько десятков человек, как все партии и общественные организации», – пишет общественно-политический деятель Аслан Кобахия в Facebook.
В то же время он обращает внимание на более широкий политический контекст – предстоящее формирование парламента, который будет принимать ключевые для республики решения. По его словам, тревогу должно вызывать давление на законодательный орган со стороны различных акторов.
«Кстати, главный гость экономического форума поставил перед Парламентом задачу оперативно принять какие-то законы, правда не уточнил какие. Хочется крикнуть: никто для нашего Парламента не указ, но! Хотя, закон полностью такие права дает нашим депутатам. Честно, меня взволновало данное высказывание, а не формирование ОП».
Последние выборы в Народное собрание состоялись в марте 2022 года. Следующие должны пройти в 2027 году. При этом 18 апреля 2026 года состоятся повторные выборы по двум избирательным округам, где освободились депутатские мандаты. Один из них стал вакантным после назначения Германа Качарава исполняющим обязанности главы администрации Ткварчельского района, второй – в связи с гибелью Вахтанга Голандзия, который был убит 19 декабря 2024 года в результате стрельбы в здании парламента.
Форум