Accessibility links

Тамара Меаракишвили: «Власть давит на меня, чтобы я замолчала»


Тамара Меаракишвили

Полгода назад против гражданской активистки из Ленингорского района Южной Осетии Тамары Меаракишвили возбудили уголовное дело по обвинению в клевете на партию власти «Единая Осетия». Районная прокуратура с тех пор не торопится с расследованием дела, но и закрывать его не спешит. По словам Тамары, это форма давления на человека – держать его в подвешенном состоянии, лишить свободы передвижения.

На днях исполнилось полгода, как против гражданской активистки из Ленингора Тамары Меаракишвили возбудили уголовное дело по обвинению в клевете на партию «Единая Осетия». По уверениям следователя Алана Бязрова, под жалобой подписались трое из четверых членов регионального отделения партии, хотя по закону их должно быть не меньше пятидесяти.

Клеветой на партию посчитали два фрагмента из интервью Тамары «Эху Кавказа» вскоре после выборов президента Бибилова. В одном она сказала, что партийцы победившей партии примериваются к хлебным местам. В другом, что один из партийцев явился в местную больницу и, не будучи пациентом, требовал препараты у медперсонала под угрозой проведения проверок в учреждении.

Тамара Меаракишвили: «Власть давит на меня, чтобы я замолчала, не общалась с «Эхом Кавказа»
please wait

No media source currently available

0:00 0:05:43 0:00
Скачать

По жалобе партийцев Ленингорская районная прокуратура возбудила уголовное дело, хотя по закону партия не может быть оклеветана, это преступление можно совершить лишь в отношении физических лиц.

Дело начиналось с размахом. Казалось, ведущие следствие знатоки вот-вот удивят нас сенсационными разоблачениями. Иначе зачем было проводить обыски в квартире Тамары, изымать все гаджеты, документы и косметику? После обыска был проведен первый допрос подозреваемой, как оказалось, он же и последний за эти полгода. На этом следствие заглохло, а «знатоки», кажется, потеряли всякий интерес к делу. Тамара не раз пыталась реанимировать его, как-то запустить следствие, но следователи, похоже, избегают общения с назойливой подозреваемой. Говорит Тамара Меаракишвили:

«Я не в курсе происходящего. Мне никто ничего не говорит, на мои запросы не отвечают. Следователи говорят: «Есть новости по делу, но мы не можем о них говорить в интересах следствия». Уже шесть месяцев прошло! Чего они там еще недорасследовали? О чем все еще не могут говорить?»

Официально следствие не ограничило свободу передвижения Тамары, но у нее изъяли документы, а без них гражданская активистка не может никуда поехать. Преследовать ее силовики начали еще при президенте Леониде Тибилове и продолжили при Анатолии Бибилове. Почти пять лет назад ее уволили с работы из-за интервью «Эху Кавказа», и с тех пор трудоустройство в Южной Осетии Меаракишвили не светит. Все эти годы Тамара выкручивалась за счет мелкой коммерции в Тбилиси, но без документов ей туда уже не проехать. По этой же причине она вынуждена была прервать послеоперационное наблюдение. По словам гражданской активистки, ее жизнь целенаправленно превращают в ад. В этом принимают участие представители государства, политических организаций, СМИ.

Это такая почти китайская пытка, когда человека постоянно держат в напряжении, угрожают, оскорбляют, изводят семью, говорит Тамара Меаракишвили:

«Я не знаю, что с моим здоровьем, как проходит послеоперационный период. Моя семья, скажу прямо, – уничтожена. Мать, отец и дочь очень переживают, не знают, чем все это закончится, что с ними будет. Власть давит на меня, чтобы я замолчала, чтобы не общалась с тобой, с «Эхом Кавказа». Все из-за этого началось…»

Это история про колоссальное пренебрежение к человеческой жизни, человеческому достоинству со стороны тех, кто представляет государство, обличен властью. На смену войне пришли мир, признание. В республику потекли денежные потоки, строятся дома, дороги, восстанавливается инфраструктура, все вокруг меняется, кроме одного – пренебрежения к человеку, говорит югоосетинский правозащитник Фатима Маргиева:

«Так и при предыдущих президентах было, мы все это на своей шкуре испытали. Пострадавшие от произвола каждый раз после смены власти надеются на пересмотр сфальсифицированных уголовных дел, которые творило прежнее руководство, надеются, что виновные в этом понесут наказание… Но потом выясняется, что все остается в том же виде, в каком и было: те же кадры остались в прокуратуре, тех же судей переназначили. А коль уж никто из них не понес ответственность за совершенное, то ничего не может измениться. И сегодня никто не гарантирован от произвола».

Недавно Тамара Меаракишвили направила письмо генеральному прокурору республики с просьбой внести хоть какую-то ясность в это дело. В конце концов, оно не может длиться вечно, говорит Тамара Меаракишвили:

«В письме я задала генпрокурору несколько вопросов: на каком этапе находится расследование моего дела, почему меня вызвали только один раз и больше не допрашивают; вы собираетесь провести экспертизу изъятых личных вещей – телефонов, компьютеров, фотоаппаратов и т.д., которые следствие изъяло как вещдоки; если вы уже провели их исследование, то почему не возвращаете мои вещи?»

Ответа пока нет.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетии

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG