Accessibility links

Как грузины пересидели викинга


Кристиан Даниельсон

Спецпосланник президента Европейского совета Кристиан Даниельсон улетел. Вернуться не обещал, зато пообещал донести до президента Европейского совета Шарля Мишеля, который вызвался быть медиатором процесса переговоров между грузинскими властями и оппозицией, все аспекты драмы, которая разворачивалась в Тбилиси на протяжении последней недели.

Двое против всех – так выглядела картинка с финальной, увы безрезультатной, встречи представителей правящей партии и оппозиции при посредничестве ЕС и США. Два председателя – парламента и «Грузинской мечты» Арчил Талаквадзе и Ираклий Кобахидзе должны были согласовать с политическими противниками план действий по выводу страны из затяжного политического кризиса.

Но без малого десятичасовые переговоры закончились полным разочарования заявлением спецпосланника президента Европейского совета Кристиана Даниельсона. Шведский дипломат фактически не скрывал того, что разочарован нежеланием грузинских политиков слышать друг друга, а главное, заниматься другими, куда более важными для страны проблемами:

«Европейский союз и Соединенные Штаты напряженно работали для того, чтобы поддержать партии в достижении соглашения, которое позволило бы положить конец нынешнему политическому кризису в Грузии. Выход из политического кризиса дал бы возможность сосредоточить все внимание на преодолении пандемии Covid-19 и социально-экономических вызовов, на углублении европейской повестки и усилении региональной безопасности. На всех тех реальных вызовах, перед которыми стоит страна. По нескольким аспектам 6-пунктного плана президента Мишеля был зафиксирован некоторый прогресс. Но в том, что касается остальных вопросов, прогресс гораздо меньший. И сейчас я возвращаюсь в Брюссель, уже этим утром, и отчитаюсь перед президентом Мишелем».

Как грузины пересидели викинга
please wait

No media source currently available

0:00 0:09:03 0:00
Скачать

О том, что именно отметит в своем отчете господин Даниельсон, стало ясно сразу. Дипломат не стал даже пытаться завуалировать главное послание – Евросоюз может лишь помочь Тбилиси, но решать проблемы грузинским политикам придется самим:

«В конечном итоге, возможность найти решение этого кризиса – задача грузинских политических лидеров. Это необходимо для демократической консолидации страны и ее европейских устремлений. Я надеюсь, что партии очень серьезно обдумают ситуацию, продвинутся вперед, осознают необходимость воли к компромиссу, чтобы сделать процесс медиации более очевидным. Я искренне верю, что это то, чего заслуживает грузинский народ».

Пока же грузинский народ «заслужил» лишь оправдания. Не успел Даниельсон отойти от трибуны, с которой давал свой последний брифинг в Тбилиси, как стороны переговоров наперебой начали обвинять друг друга в срыве соглашения, которое могло стать историческим. Причем, и оппозиция, и власти выставили себя хранителями истинных европейских ценностей, как будто не было слов, только что произнесенных Кристианом Даниельсоном.

«Очень печально, что по итогам стольких часов переговоров мы не показали высокую культуру и европейские стандарты. Я открыто заявляю, что в этом виновата «Грузинская мечта». Запад в очередной раз убедился, с кем имеет дело. Мы, оппозиционные партии, обсуждали все вопросы абсолютно логично, но, насколько я понимаю, «Грузинская мечта» неадекватно воспринимает ту тяжелую, критическую ситуацию, что сложилась в стране. Могу заявить это открыто. «Грузинская мечта» сыграла деструктивную роль», – заявил лидер «Стратегии Агмашенебели» Георгий Вашадзе.

Большинство остальных участников переговорного процесса от оппозиции говорили приблизительно то же самое – отсутствие ответственности со стороны «Грузинской мечты», нежелание правящей партии идти на компромисс, неоправдавшийся оптимизм и неминуемая кара на головы «мечтателей» со стороны международных партнеров.

Впрочем, один из участников встречи, Вахтанг Мегрелишвили из альтернативного «Гирчи» отметил интересный нюанс – необоснованное упрямство продемонстрировала не только «Грузинская мечта», но и часть оппозиционного спектра:

«Были пункты, которые мне понравились, и я считал, что это может стать предметом консенсуса, если бы они обсуждались публично и на политиков, которые пренебрегают ими, оказывалось общественное давление. Но пока я не имею права озвучивать эти мысли, есть консенсус хранить молчание. В целом я не понял ни одну из сторон. Они настолько не любят друг дуга, настолько не переваривают друг друга, что не могут друг с другом говорить. Это мой вывод и мои впечатления».

Вывод господина Мегрелишвили отчасти подтверждается самими участниками дискуссий – после громкого политического «каминг-аута» лидера грузинских лейбористов Шалвы Нателашвили, за день до этого демонстративно покинувшего переговоры, стало ясно, что главным камнем преткновения остаются досрочные парламентские выборы и вопрос политзаключенных.

Причем, по последнему пункту до конца явно шли интенсивные обсуждения. Недаром Кристиан Даниельсон дважды за время пребывания в Тбилиси посещал президентский дворец. За ужином у Саломе Зурабишвили разговор мог идти не только о достоинствах грузинской кухни, но и об амнистии в качестве компромиссного варианта освобождения Георгия Руруа, на чем оппозиция безуспешно настаивает вот уже больше года. Что касается Ники Мелия, то под амнистию он попасть не мог, так как не осужден, но направление, в котором могла развиваться беседа, вполне очевидно.

То, что Даниельсон с помощью послов ЕС и США Карла Харцеля и Келли Дегнан пытался до последнего момента согласовать итоговый документ, тоже ясно – стороны переговоров, несмотря на обет молчания, проговорились, что текст соглашения менялся несколько раз. Этим и обусловлены те 10 часов, которые представители партий провели в офисе ЕС фактически взаперти.

Причем, если верить другому оппозиционеру Алеко Элисашвили, часть противников власти вели себя на переговорах далеко не столь конструктивно, как пытались показать на итоговом брифинге:

«Для меня и моей партии это просто шокирующая история, когда на столе стоял вопрос о серьезной судебной реформе, о политической справедливости, там было так прямо и написано, включая вопрос о прокуратуре, избрании главного прокурора, они хотели лишь досрочных выборов или плебисцита. Спрос на досрочные выборы исчерпал себя. С 31 октября прошло почти полгода. Вопрос исчерпан, надо смотреть в глаза реальности. Когда на столе исторический вопрос, такой как настоящая реформа судебной системы и прокуратуры, вы отказываетесь от него только потому, что хотите досрочных выборов или плебисцита. Для меня это просто необъяснимо и удивительно».

По словам Элисашвили, «Грузинская мечта» готова была провести своеобразный плебисцит – если на предстоящих местных выборах она набрала бы менее 40% голосов, то тогда досрочные выборы могли быть назначены в 2022 году, но такой вариант не устроил оппозицию.

Видимо, это и имели в виду представители «Грузинской мечты», говоря о том, что правящая партия была готова на компромиссы, но не увидела встречных шагов. По словам председателя «Грузинской мечты» Ираклия Кобахидзе, очевидно, самоцелью оппозиции было сорвать переговоры. Схожей позиции придерживается и спикер парламента Арчил Талкавадзе:

«У нас была возможность достичь соглашения по важным для государства, для Грузии и для наших граждан вопросам. С нашей стороны для этого была полная готовность. Но, к сожалению, оппозиция не была готова и сделала приоритетом не те вопросы, которые важны для грузинского общества, а те, что являются приоритетными для конкретных партий. У оппозиции сформировалось такое отношение: пока мы не победим на выборах, итогов выборов не признаем. С таким подходом достичь результата невозможно».

Впрочем, с подходом, продемонстрированным всеми участниками переговоров, можно достичь совсем иного результата. Провал миссии Кристиана Даниельсона – это, безусловно, удар по репутации президента Европейского Совета Шарля Мишеля, который не просто послал своего представителя, но и сам принимал активное участие в этом процессе – сначала в ходе визита в Тбилиси, а затем и на встречах с премьер-министром Грузии Ираклием Гарибашвили в Брюсселе.

Не стоит также сбрасывать со счетов активное участие в медиации посла США в Грузии Келли Дегнан. Дипломат в эти дни не отличалась разговорчивостью, но неизменно присутствовала и участвовала в обсуждениях и разработке компромиссных решений. И провал переговоров – это также удар и по репутации Вашингтона. Вряд ли доклады господина Даниельсона и госпожи Дегнан понравятся их начальствам. А значит, Грузии, возможно, стоит готовиться к неизбежным реакциям.

Уважаемые посетители форума Радио "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG