Accessibility links

Разброд и шатание в стане оппозиции


Мурат Гукемухов

Последние дни обнаружили целый ряд «детских болезней» у тех, кто претендует на политическое руководство республикой вместо Анатолия Бибилова. Они все как будто разом перестали выглядеть по-взрослому, в отличие от президента, который внешне даже прибавил, если не вдаваться в подробности и забыть про токсичный бэкграунд, с которым он идет на выборы.

Некоторые примеры для наглядности.

Разочаровывает спонтанный всплеск недовольства на площади вечером 21 марта после того, как Верховный суд отклонил жалобу Гассеева на отказ ЦИК в регистрации его кандидатом в президенты.

Что это было? Что означали эти тридцать человека на площади? Это и есть электорат Ибрагима Гассеева?

По уверениям очевидцев, там имела место стихийная попытка вывести людей на площадь. Сторонники Гассеева даже вызванивали людей из других штабов с предложением присоединиться, но в результате получился пшик.

Все говорит о том, что штаб в принципе не был готов к отрицательному решению суда. Между тем с самого начала все указывало на то, что оно уже принято и его не допустят к выборам, но почему-то отказ в регистрации все равно оказался неожиданностью?

Очевидно, штаб Гассеева должен был предусмотреть некий план действий на этот случай, позаботиться о том, как оформить протест, как объединить свое несогласие с несогласием других кандидатов. Разве не для этого презентовали площадку «за честные выборы» неделю назад, и разве не Ибрагим Гассеев первым подписал соглашение о ее создании?

Заметьте, не было никакого заявления штаба Гассеева (или других штабов кандидатов), как это подобает политической силе, – с указанием на произвол власти, с оценкой внутренней ситуации и ее последствий и, наконец, с указанием на дальнейшие намерения. Некое подобие заявления политика Ибрагима Гассеева состоялось благодаря Эдуарду Кокойты в его штабе.

Получилось символично – отстраненные кандидаты собираются в штабе «Джабелича», они как будто ищут под его крышей заступничество и помощь, требуют от него справедливости. Здесь и происходит оформление их политической позиции: «Выборы без Бибилова!»

Вокруг этого лозунга Кокойты начинает объединять оставленных кандидатов. Сюда же приходят представители «Народной партии», чтобы присмотреться к этой новой коалиции.

Второе разочарование – странное поведение кандидатов от оппозиции, которых все же зарегистрировали. Их как будто не возмутила история с диктантом, который Бибилов написал с четырнадцатью ошибками, но его все равно пропустили, зато троих других кандидатов почему-то срезали…

Они сделали вид, будто не знают, что, в принципе, у всех или почти у всех кандидатов документы были приблизительно одинакового качества, но ЦИК (читай президент) кого-то пропустил, а кому-то отказал в регистрации.

Кажется, их даже не насторожила история с исчезновением подписных листов из сейфа главы Избиркома. Они как будто не понимают, что завтра могут исчезнуть и их бюллетени.

Кандидаты как бы разделились на тех, кто в настоящем, и тех, кто уже в прошлом, вместо того чтобы встать вместе, указать на шельмования и призвать президентскую орду к порядку, привести ее в чувство хотя бы на оставшийся период избирательной кампании.

Пока они лишь демонстрируют то ли неспособность к совместному действию, то ли нежелание, как бы полагая, что их конкурентные отношения не допускают сотрудничества в общих интересах.

Местные наблюдатели отмечают с тревогой: кажется, нет шансов на последующее объединение оппозиции, вызывает большое сомнение даже их способность коммуницировать друг с другом.

Из тех, кто мог бы изменить ситуацию, если не сказать, подарить надежду, – Эдуард Кокойты. Какое-то время он держал паузу. И все как будто понимали почему – еще не время. Его воспринимали как царь-пушку, которая должна на этих выборах дать один залп, и все местные наблюдатели спорили именно об этом: по какому поводу и в какой момент она шарахнет.

Но вместо этого царь-пушка принялась шмалять бекасином по воробьям. Упреки в адрес одних кандидатов, наставления другим, сливы компромата про грузинские паспорта югоосетинских чиновников… Все это выглядело мелко, не по калибру. 22 марта Эдуард Кокойты, наконец, произнес то, чего от него ждали: «…Еще пять лет такого беспредела мы терпеть не будем…» Это уже по существу.

И далее главное заявление с начала избирательной кампании:

«Я обращаюсь к представителям силовых структур… Мои боевые братья, мои младшие братья, я безмерно благодарен каждому из вас… Но я не хочу, чтобы было ваше противостояние с народом. Сегодня нарушаются первые три статьи Конституции республики. Ребята, определитесь, с кем вы: со своим народом, за Конституцию или с преступным режимом?»

В Южной Осетии власть никогда не сменялась гладко – только на фоне жесткого противостояния с оппозицией и вызванного этим противостоянием политического кризиса. Это никакая не беда и не проблема, это местная норма.

Каждые президентские выборы югоосетинские политические гуру повторяют как мантру: «лишь бы не кризис, лишь бы ни кризис…», призывают стороны подписывать какие-то обязательства вести выборы честно, но всегда дело заканчивается одним и тем же.

Кризисная ситуация сопровождала переход власти от Чибирова к Кокойты, затем от Кокойты к Тибилову, если считать кризис 2011 года неким переходным периодом, и, наконец, от Тибилова к Бибилову.

Только колоссальное давление снизу, которое невозможно сдержать обычными правоприменительными средствами, принуждало президентов соблюсти правила и обеспечивало ротацию власти.

В этом суть югоосетинского феномена – жестокая авторитарная власть, но при этом регулярно сменяемая. Где вы такое еще видели?

В этом смысле главные вопросы к кандидату: что он может противопоставить произволу системы? Как далеко он готов зайти? Достаточно ли у него сторонников и хватит ли у них духа последовать за ним?

Если ответ отрицательный, кандидату лучше найти другое занятие. Но можно заполучить в союзники человека, способного привлечь сторонников и урезонить произвол. В РЮО таких ледоколов два: Джамбулат Тедеев и Эдуард Кокойты.

Тедеев никак себя не обозначил на этих выборах, и, наверное, уже поздновато – этот политический сезон он, скорее всего, пропускает.

Остается Эдуард Кокойты. Это он и его люди в 2017 году обеспечили переход власти, а не Анатолий Бибилов. Причем необязательно, чтобы «Джабелич» присоединился к кому-то из кандидатов. Он вполне мог бы выступить в качестве гаранта избирательного процесса и последующей ротации власти. Можно предположить, что и его сторонникам мог бы понравиться его переход в новое качество. Но планы и мотивы Кокойты по-прежнему неясны.

Мнения, высказанные в рубриках «Позиция» и «Блоги», передают взгляды авторов и не обязательно отражают позицию редакции

  • 16x9 Image

    Мурат Гукемухов

    В 1988 году окончил Ставропольский политехнический институт, по специальности
    инженер-строитель.

    В разные годы был корреспондентом ИА Regnum, сотрудничал с издательским домом «КоммерсантЪ» и ​Institute for War and Peace Reporting (IWPR).

XS
SM
MD
LG