В энергосистеме Абхазии – летняя передышка

Вот уже почти полтора месяца энергопотребители в Абхазии, после окончания ремонта ИнгурГЭС, живут, не думая о постоянных – веерных и спонтанных – отключениях электричества. Но проблемы энергосистемы республики никуда не делись.

Расхожая фраза гласит, что о коммунальщиках и энергетиках обычно вспоминают тогда, когда в них возникает острая нужда, – так же, как и о существовании воздуха, которым дышат, люди вспоминают, когда его резко начинает не хватать.

Вот и про энергетические проблемы Абхазии в СМИ и соцсетях словно забыли почти полтора месяца назад – когда 27 апреля закончился более чем трехмесячный капитальный ремонт ИнгурГЭС, которого не было около двадцати лет, и отпала необходимость в платном перетоке электроэнергии из России. А еще это совпало с сокращением потребления электричества в связи с потеплением и окончанием отопительного сезона, а также с увеличением светового дня. А ведь нынче целых полгода – с ноября прошлого года по апрель нынешнего – СМИ обращались к тяжелейшей ситуации, которая сложилась в энергосистеме Абхазии, не реже, чем раз в неделю, а то и чаще, а интернет-пользователи определенного психического склада облегчали душу, выплескивая свое негодование в Фейсбук и другие социальные сети едва ли не при каждом отключении электроэнергии в их домах.

Your browser doesn’t support HTML5

В энергосистеме Абхазии – летняя передышка

Но летняя передышка для потребителей, конечно, не должна вводить в заблуждение, ведь проблемы энергосистемы Абхазии никуда не делись. Напомним, что и в предыдущие годы, до постановки ИнгурГЭС на ремонт, по весне, в период падения уровня воды до критического в Джварском водохранилище, приходилось прибегать и к веерным отключениям, и к перетокам из России, и постоянно случались аварии на обветшавших электросетях. Все это неудивительно, учитывая, что потребление электроэнергии в Абхазии ежегодно росло на 5-9 процентов, а уровень осадков в горах зимой бывал невысок. Но в последний год энергопотребление пережило настоящий скачок, что, конечно, было связано с бумом добычи криптовалют. В конце прошлого года правительству пришлось запретить легализованную ранее работу майнинг-ферм сперва до 1 июня 2021, а потом, не дожидаясь этого срока, 31 марта, – еще на год.

Читайте также Новости с абхазского майнинг-фронта: «вор у вора ASIC украл»

Впрочем, никто ни на минуту не сомневался, что, несмотря на все рейды правоохранителей и отключения майнинг-ферм, их незаконная работа будет продолжаться, особенно с учетом того, что цена самой популярной криптовалюты – биткоина – росла в мире с конца прошлого года как на дрожжах.

Потом, правда, с середины мая эта цена стала снижаться. На днях IT-специалист Виктор Роганов в интервью одному из СМИ высказал мнение, что «майнинг в Абхазии сейчас менее выгоден, так как курс криптовалют сильно упал. Многие вывезли оборудование для майнинга в Россию, где сегодня профицит электроэнергии. И теперь в Абхазии намного меньше аппаратов, чем было в пик».

Действительно, таможенники весной начали фиксировать вывоз оборудования для майнинг-ферм в Россию. Очевидно, многие криптодобытчики (а этот бизнес в наших условиях во многом абхазско-российский) рассудили, что надежней заниматься этим пусть и с более высокими затратами на электроэнергию, но легально. Что касается снижения стоимости биткоина, то знакомство с конкретными цифрами показывает, что оно не такое уж катастрофическое. В январе цена бывала и меньше 30 тысяч долларов, в середине апреля выросла до рекордных 63,5 тысяч долларов, в июне пока держится на уровне примерно 37 тысяч, но это все равно достаточно выгодно для занимающихся этим бизнесом.

Читайте также Абхазия: майнинг и политика

Только за май, согласно сообщению пресс-службы МВД Абхазии, в ходе рейдовых мероприятий, которые проводились совместно с представителями СГБ, администраций районов, а также специалистами филиалов «Черноморэнерго» и Госстандарта Абхазии, сотрудниками МВД выявлено и закрыто 23 незаконно действующие майнинг-фермы, отключено 187 криптоустройств, владельцы привлечены к административной ответственности. В частности, в Сухуме выявлено 25 аппаратов в частном секторе и 60 майнинг-устройств, функционировавших в отеле «Гора Баграта».

Вопрос незаконной добычи криптовалют в республике президент Абхазии Аслан Бжания затронул и на совещании с главами администраций городов и районов, прошедшем в пятницу 4 июня. Он сказал: «Есть возможность для осуществления этого бизнеса при условии поставок электроэнергии из России под эти нужды. Россия на этом этапе готова предоставить по своим тарифам электроэнергию. Их операторы будут распределять свою электроэнергию. Скорее всего, мы к этому придем, но требуется время».

Сегодня «Эхо Кавказа» связалось с пресс-секретарем РУП «Черноморэнерго» Алхасом Гагулия, и наш разговор мы начали с темы запрещенного на сегодня в республике майнинга:

«Проблема сейчас стоит не так остро, как стояла недавно, но все равно по сравнению с предыдущими годами расходование на него электроэнергии остается высоким. И, как мы уже не раз говорили, с больших майнинг-ферм оборудование было развезено по населению маленькими партиями».

Такие «рассредоточенные» майнинг-фермы находить и отключать, конечно, труднее. Гагулия добавил, что, помимо их владельцев, немалый урон наносят и другие лица, которые незаконно подключаются к сети, по сути, воруют электроэнергию у государства на прочие нужды.

Читайте также «Оборудование с криптоферм уходит в частные владения, ситуация не меняется»

Другое направление деятельности для ликвидации кризиса энергосистемы, над которым в Абхазии ломают голову уже не одно десятилетие, – это замена обветшавших электросетей. Известно про скудный материально-технический потенциал и устаревший по большей части технический фонд, введенный в эксплуатацию в 70-х–80-х годах прошлого века. По оценкам российских специалистов, только в сетевое хозяйство Абхазии необходимо инвестировать более 20 млрд руб. В этом году в госбюджете страны предусмотрели расходы на замену высоковольтной линии «Ачгуара», частые аварии на которой постоянно приводят к продолжительным отключениям энергосистемы почти всей Абхазии на время ремонта. Звучали в свое время даже рассуждения о том, что замену надо провести во время капитального ремонта ИнгурГЭС, в январе-апреле, но они оказались утопическими. Гагулия говорит:

«Работы продолжаются подготовительные. Параметры передающих линий будут меняться. И много еще каких-то вопросов нужно согласовать с российской стороной. Работа комплексная. В основном на данном этапе занимается этим Министерство экономики».

Читайте также Хождение по краю, или Последняя попытка принять бюджет

Среди рассуждающих в соцсетях и СМИ на тему преодоления кризиса энергосистемы Абхазии встречается немало дилетантов, имеющих смутное представление о предмете разговора. Вот, например, недавняя фраза одного российского автора: «Власти Абхазии должны уделить особое внимание строительству новых современных ГЭС и реанимировать имеющиеся малые ГЭС». Любят пофантазировать и об альтернативных способах получения электроэнергии – с помощью солнечных батарей, ветра и т.д. Но руководители «Черноморэнерго» не раз объясняли, что это для Абхазии безумно дорого. Да и странно об этом говорить с учетом того, как повезло РА, поскольку пульт управления Ингурской ГЭС находится на ее территории, на правом берегу реки, и по договоренности, заключенной в конце 1993 года, 40 процентов энергии, вырабатываемой этой мощной станцией, поступает абхазской стороне практически бесплатно, расходы нужны только для обслуживания электросетей. Так что нелепо было бы сегодня городить огород для получения заведомо более дорогой электроэнергии. Алхас Гагулия подтвердил это: «Говорить о строительстве каких-то дополнительных генерирующих мощностей на данном этапе нереально. Для этого нужны колоссальные ресурсы».

И если уж вкладывать серьезные инвестиции, то в модернизацию электросетей, нынешнее состояние которых гарантирует большие потери электроэнергии при ее доставке потребителю и частые аварии при перегрузках. И тут существуют два пути. Иностранных инвестиций и «попадания в кабалу» в абхазском обществе боятся, как огня, что убедительно показывают результаты соответствующих опросов. Получается, как в любимом многими тосте: «Чтоб у тебя все было, а тебе за это ничего не было». Включая рост тарифов на электроэнергию… Второй путь – модернизация электросетей за счет собственных ресурсов. Но откуда их взять, если за почти три десятилетия ни одной властной команде не удалось добиться собираемости оплаты за потребленную электроэнергию более чем на треть. Периодически возникают разговоры о неизбежности все же повышения мизерных в Абхазии тарифов на электроэнергию, но власти, памятуя о том, как легко бывает «подкинуть» недовольных таким повышением на протестные митинги, оттягивают принятие решений. Кроме того, звучат голоса, что вся нагрузка снова ляжет на добросовестных плательщиков; не справедливее ли добиться в первую очередь более полной собираемости платежей? Гагулия говорит:

«Нужно увеличить собираемость, хотя бы раза в два. Самые злостные неплательщики – это физические лица, если с юридическими все более или менее нормально… Это большая и серьезная работа, нужно оборудовать энергосеть Абхазии, каждого абонента приборами учета. Первоочередная задача у нас стоит, чтобы обеспечить всех счетчиками».

Кстати, недавняя информация как раз на эту тему. В пятницу 4 июня в Министерстве энергетики Российской Федерации состоялось рабочее совещание заместителя министра Евгения Грабчака и вице-премьера, министра экономики Абхазии Кристины Озган, в котором участвовали представители холдинга «Интер РАО», компании ПАО «Российские сети», а также поставщики – производители приборов учета потребления электроэнергии. Основное внимание, как сообщают СМИ, на встрече уделили вопросу реализации программы налаживания коммерческого учета потребления электроэнергии в Абхазии. «Мы обсудили вопрос заключения долгосрочного контракта с возможной отсрочкой платежей по реализации программы учета потребления электроэнергии. В качестве первого этапа реализации данной программы рассматривается город Сухум», – сообщила Кристина Озган.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия