7 апреля, во Всемирный день детского здоровья, в Республиканскую детскую больницу Абхазии доставили трехлетнюю девочку с множественными тяжелыми травмами. Несмотря на усилия врачей, спасти ее не удалось – на следующее утро была констатирована смерть. Позже выяснилось, что ребенок стал жертвой домашнего насилия, предположительно со стороны родственницы. Трагедия заставила вновь заговорить о необходимости принятия закона о домашнем насилии, который уже шесть лет остается на рассмотрении парламента самопровозглашенной республики.
Год Габриэлы в семье тети
Множественные повреждения головы, лица, туловища, верхних и нижних конечностей – с такими травмами трехлетнюю Габриэлу Лахину доставили в Центральный военный госпиталь Минобороны Абхазии из села Мачара Гулрыпшского района вечером 7 апреля. Спустя несколько часов, ранним утром 8 апреля, врачи Республиканской детской больницы констатировали ее смерть.
Уполномоченный по правам ребенка Мактина Джинджолия сообщила, что девочка погибла в результате жестокого обращения и насилия со стороны членов собственной семьи. Известно, что ребенок проживал у своей тети – Кристины Лахиной, она является родной сестрой матери Габриэлы. И именно она является главной подозреваемой по делу.
Кристина Лахина работала в сфере красоты, мастером по наращиванию ресниц. В семье, помимо трехлетней племянницы, воспитывались четверо ее собственных детей: двое старших – от одного отца, двое младших – от другого. Как уточнила Джинджолия, она принимает непосредственное участие в процессе допроса несовершеннолетних, которые являются предполагаемыми свидетелями.
Читайте также
По факту смерти девочки в Абхазии задержана её тётя9 апреля прокуратурой Абхазии было возбуждено уголовное дело по факту умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть. Следствие указывает, что преступление было совершено с особой жестокостью в отношении заведомо беспомощного ребенка, а также в состоянии алкогольного и наркотического опьянения. Подозреваемой грозит от 8 до 12 лет лишения свободы.
Судя по распространенным в сети кадрам судебного заседания, Кристина Лахина в ходе допроса признала, что ребенок скончался в результате нанесенных ею побоев. Она также подтвердила, что медицинское освидетельствование выявило наличие в ее организме конопли.
В ходе допроса подсудимая рассказала, как племянница оказалась у нее. По словам Лахиной, девочка проживала с ней около года – она привезла ее из Ростова на основании доверенности от сестры.
«Она [Габриэла] оказалась в доме малютки на территории Российской Федерации, я поехала и привезла ее сюда. <...>. Границу перешла с ребенком [Габриэлой] и со своими детьми. <...>. [Границу перешла] на основании доверенности от матери [ребенка]. <...>. Она [родная мать ребенка] находится в Ростове, она не в состоянии была его воспитывать и за ребенком смотреть», – заявила Кристина Лахина на суде.
После трагедии мать и бабушка девочки, проживающие в Ростове, связались с властями Гулрыпшского района и попросили похоронить ребенка на семейном кладбище и организовать перевозку тела в Россию.
«Неужели никто не слышал?»
Обстоятельства произошедшего до конца не установлены, однако уже сейчас трагедия вызывает вопрос: как могло это остаться незамеченным?
По одной из версий, которую распространяет телеграм-канал «ЧП Абхазия» со ссылкой на рассказ одного из соседей, поздно вечером мужчина, проживавший с Кристиной Лахиной, постучал к соседям с просьбой срочно помочь доставить ребенка в больницу.
«Он держал ребенка, завернутого в одеяло. Она была без одежды. У нее были следы на руках», — цитирует соседа телеграм-канал.
В социальных сетях обсуждение быстро перешло в плоскость коллективной ответственности. Пользователи задаются вопросами: где были соседи, социальные службы и почему никто не отреагировал раньше? При этом, согласно информации того же ресурса, соседи не замечали «явных признаков насилия».
«По данным СМИ, часть соседей утверждает, что ранее не видела явных признаков жестокого обращения с детьми в этой семье. При этом они вспоминают, что примерно два года назад к семье уже приезжали правоохранители из-за конфликта между взрослыми. Также сообщается, что последний месяц мужчина не жил постоянно в доме, а лишь приходил и уходил», – пишет телеграм-канал «ЧП Абхазия».
На странице Кристины в Instagram опубликованы фотосессии с подписью «Моя семья», на которых присутствуют как дети, так и мужчина.
Дополнительные тревожные сигналы, как утверждается в публикации «ЧП Абхазия», поступали и от родственников из России. Они замечали на фотографиях у девочки следы побоев. Родные утверждают, что просили вернуть ребенка.
«Когда увидела у ее синяки, начала всем звонить. Потом меня просто заблокировали», – цитирует канал слова родственницы.
Начальник Службы социальной поддержки Абхазии Алина Агрба в интервью местным СМИ заявила, что семья не состояла на учете, а сигналов о проблемах не поступало. При этом ранее другая родственница семьи обращалась за помощью из-за насилия со стороны сожителя, но отказалась писать заявление в милицию. После оказания психологической поддержки женщина покинула Абхазию вместе с детьми.
Читайте также
«Женщины не должны это терпеть»После трагедии Служба социальной поддержки опубликовала обращение к жителям республики с призывом сообщать о признаках неблагополучия в семьях, случаях жестокого обращения или угрозах для ребенка.
«К сожалению, насилие в отношении детей часто остается скрытым – за закрытыми дверями, в молчании и страхе. Очень важно понимать: подобные ситуации можно и нужно выявлять на ранних этапах. Именно это помогает спасти здоровье и жизнь ребенка. В нашей практике уже было немало случаев, когда благодаря своевременному обращению удавалось оперативно вмешаться, защитить ребенка и предотвратить тяжелые последствия. Но если информация не поступает в службы, мы не знаем о проблеме и не можем вовремя отреагировать», — говорится в заявлении.
Уже «кровавый закон»
В Абхазии практически не осталось тех, кто бы не отреагировал на произошедшую трагедию. Президент Бадра Гунба заявил, что случившееся стало серьезным сигналом для всего общества.
«Мы обязаны сделать все, чтобы подобные трагедии больше не повторялись в нашей стране. Правоохранительные органы ведут расследование, и виновные понесут наказание по всей строгости закона. Каждый ребенок должен жить в любви, заботе и безопасности».
В значительной части общества считают, что для предотвращения подобных трагедий необходимо принять закон о домашнем насилии. В парламенте самопровозглашенной республики с 2019 года находится законопроект «О защите от семейно-бытового насилия», разработанный аппаратом Уполномоченного по правам человека при участии Ассоциации женщин Абхазии. Документ включает в себя идеи и предложения, выработанные в результате многолетней работы общественных организаций с уязвимыми категориями населения. Однако до сих пор законопроект так и не принят.
Уполномоченный по правам ребенка Мактина Джинджолия подчеркивает, что «отсутствие специальной уголовной ответственности за систематическое насилие в семье существенно снижает возможности государства по защите наиболее уязвимых».
«Мы убеждены, что для эффективной защиты детей необходимо на законодательном уровне принять меры по криминализации домашнего насилия. <...>. Память о погибшем ребенке обязывает нас сделать все возможное, чтобы подобные трагедии больше никогда не повторялись», – говорится в заявлении детского омбудсмена.
Читайте также
16 дней против гендерного насилия в АбхазииБывший уполномоченный по правам человека Асида Шакрыл возлагает ответственность за эту и другие трагические истории на государство – прежде всего на депутатов парламента последних трех созывов. По ее словам, представители общественных организаций неоднократно встречались с парламентариями, пытаясь убедить их в необходимости обеспечить государственную защиту тем, кто в ней нуждается.
«В Парламенте находится законопроект о защите от семейно-бытового насилия. В законопроекте заложены, прежде всего, механизмы предупреждения насилия, его недопущения, что является главной частью законопроекта. Помимо предупреждения, в нем предусматривается и уголовная ответственность за насилие в семье. Сколько лет дискуссий понадобится, прежде чем этот законопроект окажется в повестке сессии Парламента?», – заявила Шакрыл телеграм-каналу «Окно».
10 апреля депутаты заявили о намерении инициировать разработку закона после трагедии в Гулрыпшском районе. Парламентарии сошлись во мнении, что государству необходимо выработать эффективные правовые механизмы защиты граждан от домашнего насилия и предотвращения подобных случаев.
«Наша задача – предотвратить подобные случаи, а не ждать очередного. Назрел вопрос законодательного реагирования. Считаю необходимым поднять вопрос о разработке и рассмотрении профильного закона на ближайшем заседании комитета», – предложил депутат Инар Садзба.
Когда насилие не преступление
Сегодня в Абхазии домашнее насилие в уголовном праве не выделено как отдельное преступление. На практике это означает, как пишут местные правозащитники, что такие случаи часто квалифицируются как «побои» или «умышленное причинение легкого вреда здоровью», а наказание ограничивается административным арестом на срок до 15–30 суток. При этом дела редко доходят до суда – зачастую из-за давления со стороны агрессора.
По словам абхазских правозащитников, тема домашнего насилия в Абхазии остается игнорируемой как государством, так и обществом. Государством – потому что уже шестой год представители гражданского общества не могут добиться принятия закона. Обществом – потому что распространенная фраза «у нас этого нет» стала удобной формой отрицания проблемы.
Читайте также
Камма Гопия: «Домашнее насилие в Абхазии, конечно, существует»«Мы привыкли рассуждать о чистоте общества, заявляя: у нас нет педофилов, нет насильников, нет убийц. Мы создали иллюзию идеального мира, но правда в том, что в Абхазии есть все то зло, от которого мы так старательно открещивались. Мы верим (или хотим верить), что живем в коконе из традиций, который защищает нас от мировой грязи. Но сегодняшняя трагедия в очередной раз сорвала маски. У нас есть все. И пока мы будем трусливо молчать, прикрываясь «апсуара» или ложным чувством стыда, это зло будет процветать за нашими спинами. Хватит лгать самим себе. «У нас этого нет» – опасная фраза, за которой мы годами прятали реальные проблемы общества. Мы так боялись «выносить сор из избы», что в итоге оказались заперты в этой избе вместе с насильниками и убийцами», – пишет один из абхазских пользователей в Facebook.
Наличие проблемы подтверждается и доступными данными. Несмотря на отсутствие полной официальной статистики, отдельные цифры более или менее позволяют оценить ее масштаб.
По состоянию на 2023 год в Абхазии действуют четыре бесплатных кризисных центра, созданных Ассоциацией женщин Абхазии. По словам руководителя организации Мариеты Топчьян, в период с 2020 по 2023 год было зарегистрировано 680 случаев насилия и подано более 1200 заявлений. Большинство обращений поступает от женщин и детей.
В мае 2024 года, на встрече в Сухуми, посвященной проблеме домашнего насилия, Топчьян отметила, что в последние годы уровень отрицания этой проблемы снизился, однако тема так и не стала предметом широкой общественной дискуссии. В том же году к уполномоченному по правам ребенка поступило 104 обращения – на 39 больше, чем годом ранее. Основные жалобы связаны с различными формами насилия, нарушением прав детей, проблемами с алиментами и отсутствием документов. Больше всего обращений поступило от жителей Сухуми, меньше всего – из Гальского района.
Читайте также
В Польше задержана мать из Грузии в связи со смертью пятимесячного мальчикаПо информации польских СМИ, в Польше по делу о смерти 5-месячного младенца задержана мать, которая является гражданкой Грузии. По их данным, разыскивается отец ребенка, который также является гражданином Грузии.
Согласно заключению судебно-медицинского эксперта, повреждения, обнаруженные у младенца, являются серьезными физическими травмами. Предположительно, они были вызваны «ударами головой о твердые предметы или падением на пол»