Accessibility links

Константин Позов: «Мои конституционные права отменены»


Константин Позов

В плену у новых правил человеческого общежития. Константин Позов рассказывает, каково жить гражданину Грузии в самом горячем европейском очаге пандемии COVID-19 – в Италии, когда грузинские власти не спешат помочь ему вернуться на родину. Он – профессиональный психолог, который делится личным опытом, как жить в карантине и не сойти с ума.

Константин Позов: Я сам сейчас нахожусь в городе Римини, но ситуация, в принципе, одинаковая везде: люди не выходят из дома, только по особым надобностям, заполняя определенные формы о своем намерении выйти на улицу – почему, зачем и куда. Город очень сильно контролируется, полицейские постоянно ездят по улицам, контролируют, могут остановить женщин, мужчин, молодую девушку – не имеет значения, – и интересуются, кто куда идет и зачем, поэтому ситуация такая, немного тяжелая. Город пустой, маленькие магазины закрыты, открыты в основном большие супермаркеты, где можно закупаться.

Гость недели – Константин Позов
please wait

No media source currently available

0:00 0:12:48 0:00
Скачать

Мзия Паресишвили: Цены взлетели там? Какая ситуация с продуктами – дефицит?..

Константин Позов: Это хороший вопрос. Надо отметить, что цены абсолютно ни на что не поднялись – какими они были, такими и остались. Да, не хватает иногда продуктов, когда слишком много закупаются, но они пополняются постоянно, и большие очереди. Но чтобы сказать, что кто-то спекулирует или каким-то образом наживается на общественности, этого нет – я, по крайней мере, не замечал, абсолютно нормальные цены, какие и были до этого.

Мзия Паресишвили: ​Константин, как я понимаю, вы даже не знаете, когда сможете вернуться на родину. Какая у вас ситуация, что происходит сейчас?

В Европе мы сейчас знаем, что через Вену полеты будут, через Берлин и еще какие-то города – Италия в этом списке не присутствует

Константин Позов: Я приехал 12 февраля, собирался вылететь после 6 марта, и вот как раз после 6 марта началась эта ситуация, т.е. полностью отменили рейсы, соответственно, даже купленные билеты вернули. После этого я еще купил билет на рейс Wizz Air, я его приобрел на 5 апреля, но после карантина, объявленного уже в Грузии, этот полет также был отменен. Из Wizz Air мне пришло письмо, что «ваш полет отменяется, и вылетов нет сейчас из Италии», – вот такая ситуация. В Европе мы сейчас знаем, что через Вену полеты будут, через Берлин и еще какие-то города – по крайней мере, Италия в этом списке не присутствует.

Мзия Паресишвили: И что говорит посольство Грузии в Италии вам? Вы звонили на горячую линию, обращались письменно?

Константин Позов: Я обращался письменно, позвонил два раза, вот сейчас еще мои близкие звонили. Понимаете, звучат какие-то неприемлемые вопросы не по делу: люди интересуются, что я ем, что я делаю, почему я сюда приехал, а не тем, чтобы чем-то помочь или как можно вообще мне помочь. Т.е. я какой-то большой надежды на посольство уже не возлагаю. Я послал конкретное заявление в посольство, с определенными требованиями. Первый элементарный вопрос, это когда я спрашиваю, будут ли полеты или когда будут, и вот сейчас я переговаривался и узнал, что до 10 апреля ничего не будет, хотя что будет после 10-го, тоже неизвестно, значит, на этот вопрос они мне не могут ответить. Предоставляют ли они убежище, или с какими организациями или структурами они имеют отношения в этом плане, об этом на горячей линии тоже не смогли мне дать ответ. О финансовой помощи я уже ничего не говорю.

И четвертый пункт у меня был с просьбой, если хотя бы из этих трех пунктов ничего невозможно сделать, хотя бы мне письменно подтвердите, что вы не в силах мне помочь каким-то образом, чтобы я хотя бы этот документ имел, обращаясь к кому-либо другому. Это мой опыт общения с посольством. Сегодня я еще раз переслал им, попросил, чтобы они ответили на мое заявление, но пока ответа нет.

Мзия Паресишвили: Как вы думаете, это происходит потому, что Италия полностью закрыта или же это все-таки грузинские власти как-то избегают возвращения большого потока граждан Грузии?

Константин Позов: Я думаю, что второе. Это, конечно, мое субъективное мнение, но я, как обычный человек, читаю какие-то заявления министра, допустим, еще какие-то репортажи, которые я могу здесь смотреть через интернет. Как раз есть такое заявление, что поэтапно будут вывозиться люди. Что значит «поэтапно»? Значит, решение принято, у них есть какой-то определенный график, и с этим графиком я должен мириться, правильно? Потому что, когда госпожа Хатуна Тотладзе – заместитель министра иностранных дел – в передаче заявляет, что как будто бы Италия закрыла свое воздушное пространство и сюда нельзя прилететь, я не думаю, что это так, потому что дипломатические отношения как раз для того и существуют, чтобы какие-то определенные чартерные рейсы назначались и летели сюда.

У меня такое впечатление, что мы попали в этот нежелательный список, потому что, если так считать, то мы – в эпицентре, мы должны быть на первом месте

Если чартерный рейс может прилететь в Германию или в Австрию, то почему он не может прилететь в Италию? Значит, это, скорее всего, просто решение государства, что от кого-то можно вот так отказаться временно. Что такое этап? Мы упираемся в цену этого билета на самолет, потом, как попасть на этот самолет, потому что я, например, смотрю рейсы Airzena, и там ничего не фиксируется, ни одна дата. Есть, значит, какие-то определенные чартерные рейсы. Как теперь на этот чартерный рейс попасть? Какая гарантия – посольство на мое письмо не может ответить, и они со мной свяжутся и как-то помогут приобрести билет и попасть на этот самолет? В общем, очень много вопросов. У меня такое впечатление, что мы попали в этот нежелательный список, потому что, если так считать, то мы – в эпицентре, мы должны быть на первом месте. И что получается – кто в эпицентре, тот ждет свою очередь? Ну, как-то так…

Мзия Паресишвили: С другой стороны, чартерный рейс, как вы считаете, насколько это безопасно для вас лететь в самолете, если будет такой рейс и появится такая возможность?

Константин Позов: По моему мнению, не только на границе должны проверять, а, когда прилетит этот чартерный рейс, уже здесь должны проверяться люди с какими-то определенными симптомами, чтобы отделить их от людей, которые не имеют каких-то определенных симптомов – температуры или чего-либо. Т.е. я думаю, это даже можно в самолете как-то организовать, поэтому я считаю, что здесь, уже на месте надо это контролировать. Второй момент, предлагались другие варианты: почему только чартерные рейсы или, допустим, не использовать какой-то морской путь? – такие версии тоже выдвигаются. Пароход или лайнер идет как раз столько времени, сколько может на карантин понадобиться. Это чисто организационный вопрос, но я не думаю, что это упирается в какие-то большие трудности. Я думаю, просто должно быть очень четкое желание государства, потому что даже эти чартерные рейсы…

Я не знаю, что это за ставка в 200 евро? Вот нет у меня этих 200 евро, я сейчас живу за свой счет, помогают близкие. Но другие люди, у кого нет денег, что с ними будет?

Я не понял, почему ведутся переговоры с Airzena и почему это такая определенная ставка в 200 евро? – было такое заявление. Почему не ведутся переговоры с Wizz Air, Ryanair, которые реализуют дешевые полеты – что, нельзя с ними об этом вести разговоры? Потом, я не знаю, что это за ставка в 200 евро? Вот нет у меня этих 200 евро, я сейчас живу за свой счет, помогают мои друзья, близкие, местные люди. Кстати, в Грузии люди как бы тоже выразили желание мне помочь, и помогли мне, моя ситуация уже немного стабильна. Но другие люди, у кого нет денег, что с ними будет?

Мзия Паресишвили: Константин, вы сейчас издалека наблюдаете, что происходит в Грузии, вы сами находитесь там в карантине, и интересен взгляд со стороны: люди напуганы в Грузии больше, чем в Италии, допустим, где паника, по вашим наблюдениям, больше ощущается?

Константин Позов: Я вот наблюдаю общение людей, какие-то переписки, кстати, агрессия даже какая-то наблюдается, особенно к тем, кто остался за рубежом. Я такие реплики читаю, что можно с ума сойти – прямо до проклятий доходит, до матерщины, что «вот, вам так и надо, сидите там и не приезжайте на родину», т.е. мои конституционные права вообще отменены. Я хочу в сторону итальянцев сказать кое-что: несмотря на то, что, конечно, эта эпидемия очень серьезно их коснулась, есть большие жертвы, моральному духу самих итальянцев я бы позавидовал, потому что они очень смело встречают эти препятствия на своем жизненном пути и очень поддерживают друг друга. Т.е. этот патриотизм у итальянцев оказался на высоком пьедестале, и поэтому, наблюдая за ними, можно брать пример.

Теперь что касается нас… Ну, чувствуется, что, допустим, если какая-то проблема возникает, то всегда мы это препятствие не можем преодолеть, и я замечаю нашу тенденцию отчуждения или переброс ответственности в будущее: вот сейчас мы не смогли, но завтра будем готовы, или какие-то общие фразы. Я сейчас внимательно читаю заявления государственных структур, допустим, на сайтах Министерства внутренних дел, что и как они заявляют, и вот читаешь и понимаешь, что за каждое слово можно зацепиться. Вот говорят: «мы привезли 33 тысячи человек» – очень легко можно это проверить, кого привезли или не привезли. Господин Давид (Залкалиани) заявляет, что «посольства работают 24 часа и помогают продуктами, ночлегом и т.д.) – это тоже можно перепроверить. А кто мне помогает с ночлегом? Мне никто не помогает. Я не буду говорить, какая у меня возможность и какая возможность у других людей, – я это не обсуждаю сейчас, я просто ставлю вопрос: кто-нибудь мне сейчас помогает? Нет, только близкие люди, т.е. получается, опять это друзья, это близкие люди, даже мне незнакомые.

Как в Марнеули что-то случилось, значит, можно уже и палатки раскрыть, можно оцеплять и т.д. Тогда возникает вопрос: а что, нельзя было нас чартерными рейсами привезти, и там изолировать?

А теперь встает вопрос: а что, не существует какого-то «энзе» в бюджете, на что выделено, для чего выделено? Как в Марнеули что-то случилось, значит, можно уже и палатки раскрыть, можно оцеплять и т.д. Тогда возникает вопрос: а что, нельзя было нас вот так, чартерными рейсами привезти, и, допустим, там где-нибудь изолировать? Неужели это большие затраты? Или, хорошо, допустим, не приедем туда… Здесь нас изолируйте. Я в городе Римини, тут полно гостиниц пустых стоят, и я более чем уверен, что любой хозяин этой гостиницы за очень минимальную цену запустит туда людей, чтобы она работала. Можно же какие-то организационные моменты решить? Неужели государство не может выделить в день 30-40 лари на человека хотя бы минимально или каким-то образом какое-то пособие выделить людям, которые здесь остались? Минимально, но это же все-таки какое-то отношение к собственным гражданам…

Мзия Паресишвили: Понятно. Вы – профессиональный психолог и можете дать совет, что больше всего помогает в это время, что вам помогает?

Константин Позов: В таких случаях очень опасно включать воображение или фантазию. Всегда надо абстрагироваться от этого в первую очередь и успокоиться, взять себя в руки. Это очень важно. Т.е. мы иногда решаем как-то действовать, чтобы как-то себя успокоить – на самом деле, это неправильно: вначале надо успокоиться и потом действовать. И вот первый шаг, наверное, в таких ситуациях, это всегда успокоиться и принять реальность такой, какова она есть, осмотреться, что происходит, как происходит и действовать максимально четко, осторожно и по правилам. Вот, выдается какая-то определенная инструкция, нам сказали, что пейте часто теплую воду или горячую, мойте руки – элементарные вещи, это инструкция, и это надо выполнять. Но к этим инструкциям мы включаем какой-то формат ожидания, что сейчас эта болезнь придет ко мне и постучится в дверь, начинаем увлекаться определенными статистиками…

Первый шаг, наверное, в таких ситуациях, это всегда успокоиться и принять реальность такой, какова она есть, осмотреться, что происходит и действовать максимально четко, осторожно и по правилам

Заметьте, постоянно все сидят на статистике и смотрят, где кто умер, сколько умерло, и наблюдают новости в течение целого дня, муссируется одна и та же тема. Я бы не советовал такими вещами заниматься, лучше всего один раз, лучше утром, ознакомиться с ситуацией, если это вам очень интересно, а в остальном просто придерживаться тех инструкций, которые указаны врачами и другими специалистами. Очень важна гражданская солидарность. Вот эти моменты, когда люди закупают все, а на самом деле, реально, нужно им это или не нужно, даже не задумываются. В таких случаях всегда лучше упрощать свой рацион, обогатить его немного с пользой, в каком-то плане сделать его разнообразным. Ну вот, если там из-за макарон убивают, я думаю, из-за морковки, т.е. из-за овощей никто не убивает друг друга. Вот на эти вещи надо обращать внимание, и вообще, нежелательно думать, что ты сам должен стать хомячком, сидеть дома и в себя все запихивать. Можно заняться полезными вещами.

Я лично сам в этой ситуации нахожусь в карантине, лишний раз я не могу выйти на улицу, потому что меня остановят, будут задавать много вопросов, и мне это не нужно уж точно, оправдываться, потому что не все итальянцы знают английский. У меня есть своя литература, которую я читаю, обдумываю какие-то вещи. Человек, когда занимается своим делом, которое ему нравится, всегда успокаивается, и поэтому не надо опережать события, думать: а что будет в будущем? А никто не знает, что будет. Мы живем здесь и сейчас, и поэтому надо ограничиваться радиусом своей руки, своего взора: что я могу сделать вокруг себя, что я могу сделать для своих близких, но не надо увлекаться воображением, что вот если я этого не сделаю, то будет еще хуже. Необдуманный шаг всегда ведет к тяжелым последствиям. Есть даже такая поговорка: «Если не знаешь, что делать, лучше ничего не делать», поэтому всегда надо брать себя в руки, успокоиться и равномерно, спокойно принять обстановку и начать думать и действовать, оценивать ситуацию, что ты можешь, и где что можно сделать.

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG