Accessibility links

Ахра Аристава: «Раздутый госаппарат мешает развитию государства»


Ахра Аристава

Абхазское народное движение выступило с Концепцией реформирования органов исполнительной власти республики. По мнению экспертов, эта реформа назрела давно, так как Абхазия проигрывает конкуренцию своим соседям на всех уровнях.

Председатель Абхазского народного движения Адгур Ардзинба обнародовал Концепцию реформирования органов исполнительной власти. Соответствующий ролик был выложен в социальную сеть Facebook.

По мнению Адгура Ардзинба, современная система государственного управления Абхазии превратилась в огромную, неповоротливую и неэффективную машину, которая прекрасно приспособлена для того, чтобы кормить огромную армию чиновников, но не удовлетворяет потребности граждан и страны в целом.

Ахра Аристава: «Раздутый госаппарат мешает развитию государства»
please wait

No media source currently available

0:00 0:07:35 0:00
Скачать

Действующая структура кабмина состоит из премьер-министра, четырех вице-премьеров, 14 министерств, восьми государственных комитетов, восьми государственных управлений и служб. Всего более 30 органов государственного управления на 240 тысяч населения. В такой модели, говорит Ардзинба, любая инициатива обречена на провал, многие функции дублируются, а первоначальная идея изменяется до неузнаваемости:

«Ярким примером является аппарат администрации президента и кабинета министров, в которых параллельно существуют экономическое, правовое, протокольное и иные подразделения, которые, по сути, выполняют одну и ту же работу. Для наглядности я озвучу, какую процедуру проходит любая инициатива сегодня в правительстве. К примеру, в одном из министерств рождается та или иная инициатива. Она проходит согласование в других министерствах, после этого попадает в аппарат кабинета министров, где рассматривается профильным подразделением. После этого попадает к курирующему вице-премьеру, потом – на стол премьер-министру. После его одобрения направляется в администрацию президента, где рассматривается опять же профильным подразделением. После них попадает к заместителю главы администрации президента. Далее – к главе администрации президента. Как правило, на этом этапе подключается еще один из помощников президента. И если инициатива получает одобрение, то идет к президенту. Президент рассматривает, и, если он ее одобряет, она возвращается в министерство. После стольких согласований эта инициатива претерпевает такие изменения, что автор ее даже не узнает».

То же самое происходит, когда речь идет о поручении президента. Оно спускается вниз по вертикали. В итоге ответственность размывается между большим количеством чиновников. Никто ни за что конкретно не отвечает, на словах все занимаются делом, а решение теряется в кабинетах. Все это, считает Ардзинба, усугубляется подковерными политическими играми. Во время избирательной кампании в 2019 и 2020 годах шел открытый торг за сферы влияния и должности между разными политическими силами.

В результате, подводит итог лидер АНД, в стране появляются разные центры принятия решений, ломается вертикаль власти, неповоротливая государственная машина становится еще более громоздкой и нежизнеспособной. Реформа, которую разработали в АНД, предлагает упрощенную структуру исполнительной власти, рассказывает Ардзинба:

«Предлагаем упразднить должность вице-президента в силу отсутствия какого-то функционала и полномочий. Также предлагаем упразднить должности премьер-министра и вице-премьеров, усилить ответственность министерств и подчинить их напрямую президенту. Мы разработали совершенно новую структуру кабинета министров, которая будет состоять из 12 центральных органов государственного управления – это 11 министерств и одно надзорное управление. Сокращение органов предполагается сделать за счет их реорганизации и слияния, исключая дублирующие функции. Концепция предусматривает установление двухуровневой системы органов госуправления. В такой системе специализированные органы будут обладать ограниченным кругом полномочий и будут находиться в ведомственной подчиненности министерствам при сохранении статуса юридического лица. К примеру, Государственный таможенный комитет и Министерство по налогам и сборам мы предлагаем реорганизовать в службы и переподчинить их Министерству финансов для более качественной фискальной и регуляторной политики государства».

Важный элемент предлагаемой реформы – создание одного надзорного управления для того, чтобы предприниматель имел дело с одним органом, который будет осуществлять проверку только при строгой необходимости.

Адгур Ардзинба уверен, что изменения сократят время принятия решений как минимум в два раза, уменьшат расходы на содержание госаппарата и снизят коррупционную составляющую. Он заверил, что эта инициатива лишена политического подтекста и в ближайшее время ее направят в администрацию президента.

Такая реформа назрела давно, считает Ахра Аристава – экономист, научный сотрудник Института экономики и права Академии наук, в недавнем прошлом замминистра экономики и начальник управления экономики администрации президента:

«Реформа госуправления назрела очень давно. Страны конкурируют за инвестиции, за интеллектуальный потенциал. Если госаппарат работает медленно, естественно, межстрановую конкуренцию мы проигрываем. Это уже всем понятно. Решения должны приниматься быстрее, система должна быть минимально забюрократизирована. Мы видим, что все наши соседи нас опережают в разы, по всем направлениям мы очень отстаем. Если мы не приведем в порядок госаппарат, наше отставание будет только расти. И вообще, может так встать вопрос, что мы не сможем сохранить народ и государство».

Экономист напомнил, что реформа госаппарата и Конституции предлагается с 2002 года, о ней говорят разные политические силы, при разных президентах декларировалась ее необходимость, но ничего не меняется.

Концепция, по мнению Ахры Аристава, требует детализации, предложения надо обсуждать в экспертной среде и в обществе:

«Я считаю, что у главы государства, конечно, должны быть специалисты, которые могут дать оценку тому или иному предложению или инициативе. Но для этого достаточно трех человек. Я работал в администрации президента начальником управления, столько людей там не нужно. Допустим, в управлении экономики было семь штатных единиц, плюс я, начальник. Плюс у президента есть советник по экономике, плюс есть замглавы администрации президента по экономике. Уже получается десять человек. Зачем десять человек? У нас экономика не такая технологически сложная, чтобы держать в штате десять человек. И в кабмине есть отдел по экономике. Для чего этот отдел, если есть целое Министерство экономики? И Адгур в этом плане прав. Было ясно и при Багапше, и при других президентах, что систему надо менять».

Бюрократия, по мнению Аристава, вмешивается на всех уровнях в процесс принятия решений, тормозит и искажает их суть. При этом народ наделяет властью не чиновников, а президента и парламент. Раздутый госаппарат только мешает развитию государства, убежден он.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Уважаемые посетители форума Радио "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG