Освобождение оппозиционера Георгия Вашадзе после семи месяцев заключения совпало с активизацией дискуссий о консолидации оппозиции и возможном возобновлении публичных политических дебатов. Оппоненты власти заявили о подготовке совместного документа — в нем планируется зафиксировать основные принципы сотрудничества и выработать единую стратегию дальнейших действий.
Выход из тюрьмы Георгия Вашадзе
Оппозиционер, лидер «Стратегии Агмашенебели» Георгий Вашадзе провел в заключении семь месяцев и стал вторым после Зураба Джапаридзе, полностью отбывшим срок за неявку на временную парламентскую следственную комиссию под руководством Теи Цулукиани. У ворот пенитенциарного учреждения в Рустави его встречали жена и дети, друзья и соратники.
24 июня 2025 года суд признал Георгия Вашадзе виновным в невыполнении требования временной парламентской следственной комиссии, созданной для изучения предполагаемых преступлений, совершенных в период правления партии «Единое национальное движение». По аналогичным обвинениям к лишению свободы были приговорены и другие представители оппозиции. Вашадзе не присутствовал на заседании суда, где было объявлено решение, после чего был задержан полицией в офисе партии. До вынесения приговора ему была избрана мера пресечения в виде залога в размере 50 000 лари, который он внес.
Первое публичное заявление политика было эмоциональным и одновременно оптимистичным:
«Я настроен очень решительно и оптимистично. Я верю, что мы обязательно победим, потому что хотим жить в справедливой стране, которая движется вперед, которая является достойным членом Европейского союза. Я хочу жить в такой стране, где людей не будут сажать в тюрьму за то, что у них есть иное мнение».
Однако освобождение политика не означает завершения давления на него. Против Вашадзе возбуждено новое уголовное дело — о саботаже и содействии иностранным силам, по которому ему грозит до 15 лет лишения свободы. Генпрокуратура Грузии утверждает, что он вместе с Эленой Хоштария и Зурабом Джапаридзе в ущерб государственным интересам предоставляли иностранным представителям ложную информацию. Сам он утверждает, что обвинения носят формальный характер и не подкреплены доказательствами.
«Мне передали дело, в котором пустой лист, имя, фамилия и 15 лет — больше там ничего не написано», — сказал оппозиционер журналистам.
Вашадзе ожидает, что «это дело будет прекращено».
Единство для победы
На выходе из тюрьмы Вашадзе встретил Зураб Джапаридзе — еще один недавний фигурант так называемого «дела комиссии Цулукиани». После своего освобождения в конце декабря Джапаридзе подчеркнул, что в нынешней политической ситуации единство оппозиции остается единственной реальной стратегией для достижения победы. По его словам, возвращение Вашадзе усилит уже начавшийся процесс сближения оппозиционных сил.
Риторика о необходимости объединения звучит в грузинской оппозиции давно, однако до недавнего времени она сопровождалась скепсисом, усталостью и разногласиями. Участники протестов на проспекте Руставели неоднократно заявляли, что протестное движение остается преимущественно в уличной фазе именно из-за разрозненности оппозиционных партий и отсутствия политической координации.
В настоящее время представители оппозиции утверждают: процесс консультаций запущен. По их словам, в обсуждениях участвуют восемь оппозиционных партий, которые работают над совместным документом — рамкой будущего сотрудничества, принципами равноправного взаимодействия и общей стратегией действий. Ожидается, что к процессу присоединятся партии «Единое национальное движение» и «Лело».
Член партии «Федералисты» Тенго Киртадзе считает, что формирование политической альтернативы близится к завершению:
«В значительной степени уже существует согласие. Через несколько недель появится совместный документ, к которому присоединится большая часть политического спектра. <...>.Если не будет единства, это означает, что единственным преимуществом протеста остается то, что он децентрализованно создал очаги сопротивления», — заявил Киртадзе в интервью PalitraNews.
В партии «Лело» заявляют о готовности участвовать в рабочих консультациях, направленных на защиту интересов граждан Грузии и евроатлантического курса страны, но дистанцируются от идеи партийного слияния.
«Мы должны четко понимать, что «Грузинская мечта» намерена запретить наши партии через Конституционный суд. Сейчас мы находимся перед совершенно иной реальностью и вызовами — это другой этап борьбы, и он требует соответствующих ответов. В обсуждении этих ответов мы будем участвовать, а остальные телевизионные призывы и озвучивание каких-то платформ я не считаю эффективными. Мы сядем за стол в рабочем формате и уже после этого примем политическое решение», — заявил член партии «Лело» Георгий Сиоридзе журналистам у Руставской тюрьмы.
В октябре 2025 года «Грузинская мечта» подала иск в Конституционный суд о запрете ряда политических сил: «Единого национального движения», «Коалиции за перемены» и «Лело».
Внутри «Единого национального движения» подчеркивают: разговоры об объединении имеют смысл лишь при наличии конкретных результатов. Один из лидеров партии Хатия Деканоидзе считает, что первым шагом к единству должна стать дисциплина в информационных месседжах и выработка единого послания для общества.
«Я категорически против разговоров о любом единстве без конкретного результата — это может вызывать у людей фрустрацию. Если будет результат, тогда можно говорить. Я именно так вижу первый шаг к единству: единое информационное послание, о чем мы говорим гражданам Грузии. Во многом это уже есть, но я все же считаю, что необходима еще более жесткая дисциплина в месседжах», — заявила она в программе «360 градусов» PalitraNews.
Третий президент Грузии Михаил Саакашвили заявил, что вопрос о необходимости единства и вовсе больше не подлежит обсуждению. По его мнению, объединение всех оппозиционных партий является единственным шансом на политическое будущее и эффективное противостояние действующей власти. В ЕНД подчеркивают, что подобные заявления для партии не новы и звучали еще перед парламентскими выборами 2024 года.
«Мы говорили, что все должны объединиться, пойти единым списком, под одним номером и один на один сразиться с Бидзиной Иванишвили и его режимом. Однако тогда другие партии нас в этом не поддержали. <...>. Объединение партий означает создание единой политической организации. Не должно быть избирательного подхода к партиям и номерам: с одной стороны должен быть Бидзина Иванишвили, а с другой — единое проевропейское оппозиционное объединение», — заявил член партии Петре Цискаришвили «Интерпрессньюс».
Отметим, что единственной оппозиционной силой, последовательно выступающей против объединения с другими партиями, остается команда экс-премьера Георгия Гахария, заявляющая, что не будет находиться там, где есть «Национальное движение».
Возвращение дебатов
На фоне обсуждений консолидации оппозиции власти неожиданно заговорили о необходимости возрождения культуры публичных дебатов. Премьер-министр Ираклий Кобахидзе заявил, что грузинскому обществу необходимо вернуть один из фундаментальных демократических принципов — право на дебаты. По его словам, так «агентуре Deep State» удалось прервать многолетнюю традицию политических, экономических и социальных дискуссий в стране.
Инициатива вызвала неоднозначную реакцию оппозиции. Одним из первых публично отреагировал Зураб Джапаридзе.
«Лично ты, в любом формате, в любое время»,— написал он в Facebook.
В «Грузинской мечте» заявили, что партия самостоятельно определит, кто будет представлять ее позицию в возможных дебатах.
«Мы не позволим Джапаридзе устраивать цирк! Пусть дебатирует с тем, кого выдвинет наша партия. Если Кобахидзе решит сам это сделать, значит, сделает сам. Поручит это другому, значит, сделает другой», — заявил журналистам депутат от партии «Грузинская мечта» Тенгиз Шарманашвили.
Депутат также отметил, что серьезное обсуждение форматов дебатов фактически еще не началось, а как некоторые представители оппозиции уже отказываются от участия. Шарманашвили уверен: правящая партия вернет культуру дебатов:
«Раньше она существовала, но затем исчезла. К нашему сожалению, нашим оппонентам запретили любые контакты с нами — они сами об этом говорили».
В то же время часть оппозиции считает, что полноценные дебаты невозможны до освобождения политических заключенных. Представитель ЕНД Петре Цискаришвили в эфире программы «Реакция» заявил, что сначала страна должна «вернуться в нормальное русло», а лишь затем можно говорить о политической дискуссии.
Более сдержанную позицию занял Георгий Вашадзе, который после освобождения заявил о готовности к дебатам, но при определенных условиях:
«Дебаты?! Да пожалуйста, у меня нет проблем. Только это должно быть на уровне лидеров, а не фарс, который они любят. Когда мы в парламенте говорили, что цены высокие — разве мы не оказались правы? Когда говорили, что коррупция разъедает страну — разве мы не оказались правы? Когда говорили, что преступность разрушает страну — разве мы не оказались правы?! Они это признали? Признали, что мы были правы во всем. Эа правда победит», — отметил Вашадзе.
Медиаплощадку для возможных дебатов уже предложил телеканал «ТВ Пирвели». Журналистка и ведущая программы «Реакция» Инга Григолия заявила, что канал готов принять дебаты при условии, что «Грузинская мечта» не будет диктовать, с кем готова дискутировать. В ответ представители правящей партии заявили, что подлинные демократические дебаты возможны лишь в «объективном медиапространстве», не уточнив, какие именно критерии они имеют в виду.
Хатия Деканоидзе в своем обращении в Facebook призвала проправительственный телеканал «Имеди» открыть эфир для обсуждения ключевых проблем — от политических заключенных и репрессивного законодательства до коррупции, бедности и международной изоляции Грузии.
Позднее Ираклий Кобахидзе уточнил, что готов участвовать в дебатах не со всеми оппонентами. По его словам, некоторые политики сознательно избегают дискуссии, выдвигая ультиматумы и используя «язык ненависти», а с такими оппонентами он не намерен вступать в очный спор.
Премьер-министр заявил, что процесс должен стартовать в ближайшее время, а в течение двух недель должны быть определены форматы и проведены первые дебаты. Он подчеркнул, что речь идет не только о политических дискуссиях, но и о диалоге с представителями гражданского общества, экспертами и специалистами.
««Один конкретный инструмент не сможет завершить поляризацию, но мы считаем, что восстановление культуры дебатов в нашей стране может сыграть переломную роль в ее преодолении. Это может разорвать замкнутый круг ненависти и стать своего рода ледоколом в этом смысле, поэтому мы придаем очень большое значение инициативе, с которой выступили», — пояснил он в эфире телеканала «Имеди».
Отдельно на заявление премьер-министра отреагировал третий президент Грузии Михаил Саакашвили,
«Если Иванишвили не боится, пусть подключат меня к дебатам напрямую — даже из тюрьмы. Но о чем вообще можно говорить, если они запрещают даже включения из зала суда», — заявил Саакашвили на судебном процессе.
Ближайшим официальным примером публичных дебатов в медиапространстве остаются теледебаты между кандидатами на пост мэра Тбилиси, прошедшие 2 октября 2025 года на Общественном вещателе, за два дня до муниципальных выборов. В них участвовал и мэр Каха Каладзе, однако оппозиционный спектр был представлен ограниченно — в выборах участвовали лишь партии «Лело» и «Гахария — за Грузию».
Форум