Грузинские депутаты прислушались к правозащитникам. В Уголовно-процессуальный кодекс не будут внесены поправки, которые, по мнению представителей ряда неправительственных организаций, усилили бы роль правоохранителей при проведении обыска. Депутаты считают, что их попросту неправильно поняли.
На слушаниях в парламентском комитете по защите прав человека сегодня было довольно шумно. Депутаты, которые вынесли на обсуждение поправки в Уголовно-процессуальный кодекс, на этот раз спорили не с коллегами, а с правозащитниками. Представители грузинского неправительственного сектора посчитали, что предлагаемые поправки преследуют одну цель – облегчить работу правоохранительным органам.
Изменения должны были коснуться нескольких статей УПК Грузии, регламентирующих проведение обыска и изъятие вещественных доказательств. В частности, речь шла о неотложных случаях, когда следователи могут осуществлять обыск и выемку без постановления суда. Именно этот пункт и вызвал обеспокоенность правозащитников.
Один из инициаторов поправок – депутат парламента Эка Беселия заявила, что эта норма действовала еще при прежней власти. Тогда как изменения, предложенные депутатами от «Мечты», по ее словам, должны были лишь упорядочить соответствующие статьи УПК:
«Содержание статьи не меняется. Мы не изменили сути. Поправки были предложены нами для того, чтобы исправить некие технические недостатки. Они остались в УПК после того, как еще в июне 2012 года вступили в силу изменения, позволявшие проводить обыски при неотложных ситуациях без постановления суда. Мы же предложили исправить технические недостатки», – подчеркнула депутат.
О каких технических недостатках идет речь, пояснила вице-спикер парламента Манана Кобахидзе, которая также работала над поправками. По ее словам, депутаты планировали изъять слово «постановление» (судебное) из 120-й статьи УПК, чтобы сделать закон более понятным.
Однако эти доводы не убедили грузинский неправительственный сектор. Правозащитники посчитали, что речь идет об уменьшении роли суда, а это, по их мнению, может развязать руки правоохранителям. Более того, представители неправительственных организаций не скрывали опасений, что в случае принятия поправок упоминание суда вовсе может исчезнуть из текста соответствующей статьи. Позицию НПО поддержали и в аппарате Народного защитника. Мнение омбудсмена озвучила его представитель в парламенте Эка Попхадзе:
«Народный защитник негативно оценивает изменения, которые могут внести в Уголовно-процессуальный кодекс. Суд должен давать оценку тому, насколько законно были проведены обыск и изъятие в неотложных случаях», – говорит Попхадзе и поясняет, что проводить обыск можно лишь с санкции суда, пусть и выданной постфактум.
В итоге депутатам пришлось уступить правозащитникам. При этом некоторые представители законодательной власти уверяли, что их неправильно поняли. Как бы то ни было, инициаторы поправок отказались от внесения изменений, пусть и технических, в УПК.
Скорее всего, дебаты по этой теме продолжатся. Представители НПО в очередной раз напомнили законодателям о том, что раздел УПК, регламентирующий проведение обысков, нуждается в пересмотре. Так, правозащитников смущает формулировка «неотложная ситуация», при которой правоохранители могут провести обыск, не уведомив заранее суд. Третий сектор требует четко прописать, что считать «неотложной ситуацией».
