Accessibility links

Югоосетинская неделя: многопартийность чиновничества на фоне партийной казни


В югоосетинском парламенте на этой неделе появился новый депутат. Освободившееся после избрания Анатолия Бибилова президентом место заняла Нонна Тедеева – бывший руководитель отдела культуры в администрации Знаурского района.

Нонна Тедеева возглавит счетную комиссию парламента и войдет в комитет по законодательству, законности и местному самоуправлению – там вакансия для представителя «Единой Осетии» освободилась после избрания Петра Гассиева председателем законодательного собрания.

Югоосетинские эксперты отмечают, что новоявленный депутат не была замечена в политической активности. Что ж, в этом сущность выборов по пропорциональной системе: вы голосуете за нескольких симпатичных вам людей во главе партийного списка, а потом на ключевых местах законодательного собрания появляются люди, о существовании которых вы даже не подозревали. Нет, они, конечно, были в списке, только там, внизу, куда никто не смотрит. Кто-то скажет: да это и не важно, ведь речь идет о политической силе, идеологии. Извините, не соглашусь, нет в Южной Осетии никакой конкуренции идеологий, есть просто люди, и голосуют за них или за то, что они обещают конкретно от себя.

В этом смысле, конечно, честнее парламент мажоритарный. Ушел депутат по каким-то причинам, и на его участке проводятся перевыборы.

Еще одно важное событие в парламенте на этой неделе. В то время как товарища из хвоста партийного списка ставили на ответственные должности, второму номеру «Единой Осетии» Дмитрию Тасоеву депутаты выразили недоверие – и как вице-спикеру 22 голосами против семи, и как председателю парламентского комитета по обороне – 23 против семи. При этом Дмитрий Тасоев сохранил депутатский мандат.

Это была такая партийная казнь за непослушание, свидетелем которой мы были последние две недели. Напомню, злоключения Тасоева начались с того момента, как он не согласился с избранием на пост спикера Петра Гассиева. Формально это было решение парламентской фракции «Единая Осетия», а по сути, решением президента, не случайно принималось оно в его рабочем кабинете.

История на редкость поучительная. Это такая иллюстрация к местной политической жизни.

Вот была раньше социал-демократическая партия, которую создали Дмитрий Тасовев и близкие ему товарищи. Она подавалась ее участниками и воспринималась обществом как союз боевых товарищей, пронизанный духом взаимного уважения.

Так вот подавляющее большинство этого союза на президентских выборах 2011 года высказалось в поддержку оппозиционного кандидата Аллы Джиоевой.

И тогда, если бы Дмитрий Тасоев воспринимал себя как часть этого целого, он бы подчинился уставу партии и мнению большинства, и не было бы никакого раскола и развала партии. Не было бы и сегодняшнего унижения в парламенте. Не случилось бы так, что большая часть товарищей ушла к Джиоевой, а он с меньшинством – в избирательный штаб к Бибилову.

Но тогда Тасоев вольно или невольно продемонстрировал, что он, создавая партию, рассчитывал на другое – как лидер принимать решения и прокладывать курс, в то время как его товарищи должны были следовать за ним.

Теперь произошло то же самое, с той лишь разницей, что решимость принимать единоличные решения продемонстрировал не он, а Анатолий Бибилов. Только при этом никакого партийного кораблекрушения, как с социал-демократами, не произошло, просто одного моряка выбросили за борт, и никто за этим моряком прыгать в холодную воду не хочет, потому что в отличие от той – это партия власти, лидер которой – президент.

Я как-то спросил про одного политического обозревателя у общего с ним друга, мол, скажи, он нагло врет или все-таки верит в ерунду, которую говорит. Общий друг мне ответил: «Он сначала обманывает самого себя, поэтому к моменту общения с аудиторией он уже абсолютно искренен».

Я это к тому (такое впечатление), что, когда Тасоев говорил о каком-то там внеочередном съезде, о позиции рядовых партийцев и нормах морали, он сначала обманул себя, что все это существует. Главный и неофициальный пункт коллектива, борющегося за власть, гласит: все решает тот, от кого зависит качество жизни участников этого коллектива. Сказано, что спикер Петр Гассиев – значит, Петр Гассиев.

В принципе, это ни для кого не секрет. Люди это видят, и не только в Южной Осетии, но и других постсоветских местах, поэтому в партии никто и не верит, говорит российский политолог Николай Силаев:

«Традиционно все властные рычаги находятся внутри аппарата исполнительной власти, и он весьма неохотно делится этими рычагами с какими-то внешними структурами, в том числе с партиями, парламентом. Поэтому партийная система на постсоветском пространстве всегда находится под подозрением и всегда оказывается немного лишней сущностью: вроде как полагается, чтобы они были, и в то же время не очень понятно, зачем они. А сделать выборы по мажоритарной системе боязно: как потом этих депутатов контролировать? Как их собирать? Вокруг чего выстраивать политические платформы? Т.е. вроде бы без партий не обойдешься, но в то же врем непонятно, как с ними быть».

На этой неделе президиум парламента Южной Осетии одобрил поправки к закону о правительстве, по которым чиновникам вернут право состоять в политических партиях. Напомним, закон, принятый в мае 2014 года, предусматривал ограничения: югоосетинские чиновники не могли возглавлять или состоять в политических партиях, на время работы в правительстве они обязаны были приостановить свое членство в политических организациях.

Тогда звучали мнения, что правительство должно заниматься восстановлением разрушенной войной инфраструктуры, создать экономику и социальную сферу, и там не место политическим интригам. Теперь вроде вспомнили, что это нарушение политических свобод гражданина и к тому же полная бессмыслица – формальный выход из организации не означает, что связи с ней разорваны.

И все-таки непонятно, чего вдруг депутаты озаботились этой темой. По мнению российского политолога Модеста Колерова, все дело в том, что слишком много власти концентрируется в одних руках, это становится слишком явно, слишком вызывающе.

С этим трудно не согласиться, если учесть, что после окончания войны, когда больше нет необходимости в жесткой централизованной власти, а затем и после кризиса 2011 года, вызванного как раз запросом на демократизацию, форма управления, когда все нити власти сходятся в один кулак, в общем-то утратила легитимность в глазах общества.

По словам Модеста Колерова, вероятно, по замыслу инициаторов закона демонстрация многопартийности чиновничества должна создать ощущение в республике и за ее пределами демократического плюрализма в рядах исполнительной власти:

«Люди, которые занимаются созданием правил политической работы, политической борьбы в Южной Осетии, решили микшировать эти проблемы – среди них и всем известные, никем не скрываемые способности или пристрастия господина Бибилова к авторитарной власти. Микшировать за счет акцентирования, а может, и изображения (надо смотреть в каждом конкретном случае) многопартийности, коалиционности власти, чтобы власть Бибилова не выглядела всеподавляющей монополией. Ясно, что его партнерам и коллегам нужна абсолютная власть Бибилова. Реальность нашей любимой Южной Осетии такова, что там не забалуешь – есть естественные ограничения, есть вышеупомянутый большой, взрослый, 25 лет борющийся политический класс. Поэтому нынешний акцент на многопартийность и коалиционность призван придать политической системе вид равновесия».

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG