Accessibility links

ПРАГА---На днях в гостях у Радио Свобода в Праге побывали оперная певица, бывшая солистка Мариинского театра в Петербурге Марина Шагуч и ее супруг, дирижер, контрабасист Александр Хаиндрава. В 2010 году они основали в Праге Международную академию оперного пения, куда на мастер-классы из разных стран приезжают абитуриенты-вокалисты, чтобы подготовиться для поступления в музыкальные учебные заведения, а также опытные певцы, желающие участвовать в конкурсах или прослушиваниях в оперных театрах.

Кети Бочоришвили: Честно говоря, мне не хотелось бы переводить нашу беседу в политическую плоскость и тем более начинать ее с вопросов, касающихся политики, но события развиваются так, что не сделать этого я не могу. Я знаю, что вы симпатизируете экс-президенту Грузии Михаилу Саакашвили, и наверняка у вас аргументированная позиция. Сегодня имя экс-президента у всех на слуху в связи с известными событиями. Мне бы хотелось услышать, с чем связаны ваши симпатии, вы наверняка в этом случае принадлежите к той категории людей, которые считают, что искусство вне политики невозможно.

Александр Хаиндрава: Не так категорично. Искусство вне политики невозможно, – я бы так не сказал. Я бы сказал немного по-другому, что, к сожалению, иногда это бывает невозможно, потому что, когда человек высказывает свое мнение о каких-то событиях, его просто приплюсовывают к какой-то политической силе, – значит, он поддерживает обязательно кого-то. Да, я симпатизирую, можно так сказать, но симпатизирую каким-то результатам, но если уже эти результаты – та политическая сила, какой-то лидер, значит, получается, и ему тоже. Но это не значит, что надо возводить кого-то в ранг небожителя. У меня точная позиция по этому поводу четко сформировалась для себя, что этого делать не надо, и я этого никогда не делал, но существуют какие-то вещи, которые сделаны. Просто я против того, чтобы была какая-то неразбериха у людей в голове – каша, грубо говоря. Не надо путать личные симпатии со сделанными вещами, это очень важно, чтобы, если что-то не так, – менять, а хорошее оставить. Вот я за это.

Кети Бочоришвили: А эти симпатии как-то связаны с какой-то деятельностью Михаила Саакашвили, которая помогла бы культурной жизни в Грузии?

Александр Хаиндрава: Я вам скажу такую вещь: я же учился в Петербурге, я рано уехал из Грузии, потом, когда он пришел к власти, через пару лет меня просто пригласили в Грузию, и я с большим энтузиазмом туда поехал. Тогда очень многие вернулись, такой настрой был, понимаете? Мне это очень нравилось, что все хотели что-то сделать там, где они могут. И я согласился. Я тогда учился и работал в Европе, в Голландии, вернулся в Грузию, преподавал в консерватории и работал в оперном театре. Тогда как раз я создал камерный оркестр, который сегодня имеет государственный статус, и это все происходило во времена Михаила Саакашвили. Хочу подчеркнуть, чтобы не говорить о политике, а о конкретных делах: мой оркестр был под патронажем первой леди Сандры Руловс, она помогала не мне лично, а просто этому делу – созданию нового оркестра. К тому времени государственного камерного оркестра не существовало. Много лет люди пытались это сделать, ничего не получалось, но нам первая леди помогла создать этот оркестр. Каким образом? Нам дали возможность показать себя. У нас было много концертов: мы выступали в «Берлин Концертхаусе» (Konzerthause Berlin) – нас два раза приглашали туда. К тому времени ни один оркестр из Грузии там не выступал, а оркестр, который еще даже статуса не имел… В первый раз, когда мы туда попали, это были Дни культуры Грузии в Берлине, потом, после этого мы получили статус, совершенно неожиданно. Понимаете, когда есть свободная конкуренция… Там было много других оркестров, но этот оркестр, самый молодой, без истории попал туда, нам дали такую возможность.

Кети Бочоришвили: Марина, вам приходилось работать с Валерием Гергиевым. Поскольку это тоже личность, которая имеет отношение к политике, – вы знаете, что он очень симпатизирует Владимиру Путину, из-за чего у него даже были неприятности в Германии, очень многие не хотели, чтобы он дирижировал в Мюнхене. Скажите, ваше отношение к нему как к музыканту отличается от отношения к нему как к человеку, который вплетен в политическую жизнь России?

Марина Шагуч: Я с Валерием Гергиевым работала 27 лет. Он пригласил меня в театр, и очень много с ним работала – пела концерты, спектакли в разных залах, в разных театрах, было сделано много записей и т.д., – и я могу сказать, что это безумно талантливый музыкант. То, как он относится к политике, меня это не очень коснулось, и я думаю, что каждый человек имеет право на свое мнение. Я, например, не совсем поддерживаю это мнение или совсем не поддерживаю, но работать с ним как с музыкантом… Я скажу так: у меня было очень много приятных моментов в то время, когда я стояла с ним вместе на сцене.

Кети Бочоришвили: Теперь давайте поговорим о вас в музыке. Вы в Праге уже более пяти лет…

Марина Шагуч: Да, шесть.

Кети Бочоришвили: Чем вы здесь занимаетесь?

Марина Шагуч: Здесь у нас, как мы это назвали, Международная оперная академия. Что это значит? Это значит, что к нам приезжают заниматься люди из разных стран. Занимаемся мы вдвоем – я как вокальный педагог и Александр как оперный дирижер. Я не солгу, если скажу, что 95% наших студентов уже имеют дипломы об окончании разных консерваторий и высших учебных заведений, очень многие являются солистами театров, есть люди, которые поют в разных странах, выигрывают престижные конкурсы, т.е. вот такая категория наших студентов.

Кети Бочоришвили: При этом вы сами продолжаете свою собственную творческую жизнь…

Марина Шагуч: Да, конечно.

Кети Бочоришвили: У вас будет концерт в Праге. Когда и что там можно будет услышать?

Марина Шагуч: Концерт в Праге будет 6 октября, в 19.30, в костеле св. Симеона и Иуды. В концерте прозвучат арии из опер Верди и Пуччини, романсы Дворжака и Рахманинова.

Кети Бочоришвили: Александр, вы тоже имеете отношение к этому концерту, – вы там будете дирижировать?

Александр Хаиндрава: Нет, этот концерт под рояль. Дело в том, что мы, кроме всего этого, собираемся сами организовывать концерты – продюсировать их. Как раз это первый концерт под рояль – Марина будет петь, а я в данном случае выступаю как продюсер. Мы решили, что, исходя из того, что через нас проходит много певцов и очень много перспективных ребят, особенно после постановки «Иоланты» в Литве (я там главным приглашенный дирижер в Литве, в Клайпеде; там была очень хорошая постановка, с хорошими результатами, первые партии пели наши студенты), мы решили, почему бы нам самим не организовывать эти концерты, – допустим, первый концерт Марина поет, второй будет наших студентов, 20 октября, а третий проект тоже под рояль пока, потому что надо, чтобы с ними познакомилась публика, будет наших самых продвинутых, которые выступают с сольным концертом, – сопрано и тенор.

Кети Бочоришвили: Ваши дальнейшие планы никак не связаны с Грузией?

Александр Хаиндрава: Пока нет конкретного плана, но я хочу, чтобы были связаны. Я думаю, что что-нибудь придумаю такое.

Кети Бочоришвили: Марина, а вы пели когда-нибудь в Грузии?

Марина Шагуч: Да, там у нас с Александром был концерт – я пела одно отделение, а он играл на контрабасе во втором отделении. Потом у меня еще был спектакль «Аида» в оперном театре, и как-то все, больше пока никто ничего не предлагал. Хотя очень жаль, мне кажется, что мы могли бы быть полезны и там, мы могли бы дать там гала-концерт, мы могли бы сделать сольный концерт, концерт с нашими студентами, мы могли бы там, в конце концов, дать мастер-класс. Знаете, это потрясающая земля, которая рождает просто замечательных певцов.

Кети Бочоришвили: Но и вы же тоже человек с Кавказа…

Марина Шагуч: Да, я с Кавказа – я адыгейка, черкешенка, я народная артистка Адыгеи и очень люблю свою маленькую страну, и очень горжусь тем, что я адыгейка. Что касается грузинских певцов, – замечательные, потрясающие голоса, но, к сожалению, очень немногие певцы в Грузии поют долго. Как-то не очень долго все это происходит.

Кети Бочоришвили: Чем это обусловлено?

Марина Шагуч: Как я это вижу, все это, мне кажется, зависит от того, какое приобретено ремесло, как плотно, как серьезно у них стоит фундамент, т.е. вокальная техника. Очень яркая природа, которой пользуются, и очень мало знаний о том, как надо петь.

Александр Хаиндрава: В связи с этим направлением, что мы хотим организовывать концерты, в том числе, очень много хорошей молодежи – и у нас в Грузии, и дети многих наших земляков, не живущих в Грузии, которые добиваются прекрасных успехов – инструменталисты, певцы, – я бы хотел тут, в Праге тоже дать возможность организовать какие-то концерты. Мы хотим показать, что Грузия – это не только политика, но в Грузии очень много замечательных людей в нашей области и не только в нашей области. Так как я не политик, у нас есть другие ценности, которые мы можем показать, чтобы эти люди имели возможность проявлять себя не только в Грузии, но и в других странах, в том числе, в Чехии.

Кети Бочоришвили: Марина, вы были на сцене Татьяной, Аидой, Иолантой, Франческой… Кем вы еще не были, кем бы хотелось стать?

Марина Шагуч: Да много кем хотелось бы стать, но есть какие-то реалии, есть специфика голоса и возраст…

Кети Бочоришвили: Я читала какие-то отзывы, и все пишут, что у вас такое сочное сопрано…

Марина Шагуч: Да, есть такое дело. На самом деле, конечно, специфика голоса – я уже теперь как лирико-драматическое сопрано, а начинала как ультралирическое сопрано. Но, понимаете, дело даже не в том, какие партии еще хочется петь… Замечательной музыки много, всю ее спеть невозможно. Просто есть какие-то любимые партии, роли, которые уже спеты, которые еще поются, а есть какие-то роли, которые уже невозможно петь, и это нормально.

Кети Бочоришвили: Споют ученики…

Марина Шагуч: Да, вы знаете, есть ученики, которые что-то делают лучше меня, например, а есть ученики, которые не могут сделать элементарных вещей. Это нормально, все это этапы.

Кети Бочоришвили: Александр, а у вас есть какая-то вершина, которую вы себе наметили?

Александр Хаиндрава: Вершина для меня – реализовать хотя бы половину того, что я бы потенциально, как я считаю, мог. Это для меня и есть вершина.

Кети Бочоришвили: Ну вот из того, что вы бы могли…

Марина Шагуч: Насколько я знаю, тебе больше всего нравится работать с оперными певцами…

Александр Хаиндрава: Знаете, если сейчас фантазировать, я, вообще, хочу свой оперный театр иметь.

Кети Бочоришвили: Я не поверю, что вы не фантазировали… Ну вот Марина пела с Пласидо Доминго, она, наверное, тоже когда-то мечтала об этом.

Александр Хаиндрава: Знаете, мои мечты не такие. Больше осуществить что-то значимое. Важен сам процесс и качество этого всего. Сегодня время большого пиара, есть очень много несовпадений большого имени и того, что ты реально видишь и слышишь. Это такой бич времени. Поэтому к какому-то имени – нет, а к чему-то большому, например, помочь другим проявить себя.

Кети Бочоришвили: На чем вы и сосредоточены сейчас в Праге…

Александр Хаиндрава: Если хотите фантазию, тогда мечтаю иметь свой театр.

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG