Accessibility links

Приговор по делу Кешищяна оставлен в силе


Коллегия Верховного суда постановила оставить приговор осужденному Робику Кешищяну без изменения и отказть в удовлетворении его кассационной жалобы

Сегодня коллегия Верховного суда Абхазии рассмотрела две кассационные жалобы на приговор суда от 3 июля 2017 года, который признал Робика Кешищяна виновным в убийстве и изнасиловании своей восьмилетней дочери Виржине Сурменелян и вынес ему наказание в виде 20 лет с отбыванием срока в колонии строгого режима. Рассмотрев обе жалобы, выслушав адвокатов и обвинение, кассационная коллегия оставила приговор в силе, в удовлетворении жалоб отказала.

Одну кассационную жалобу на решение суда от 3 июля 2017 года подала Карина Геворкова – адвокат потерпевшей Жанны Сурменелян. Вторую жалобу на приговор суда подал осужденный Робик Кешищян.

По версии обвинения, с которой согласился Верховный суд, 2 декабря 2013 года Робик Кешищян заставил Михаила Буряка изнасиловать свою восьмилетнюю дочь Виржине Сурменелян в заброшенном доме, а потом убил ее, перерезав горло.

Робика Кешищяна на суд не доставили. Его адвокат Игорь Скнарин настаивал на присутствии Кешищяна. Адвокат утверждал, что его подзащитный подал заявление в спецчасть драдского СИЗО, в котором сообщил, что намерен участвовать в рассмотрении своей кассационной жалобы. Однако его заявление по непонятной причине до суда не дошло, и суд принял решение рассмотреть дело без кассатора.

Слово было предоставлено Карине Геворковой, адвокату потерпевшей, которая сообщила, что у ее доверительницы нет сомнений в том, что приговор суда незаконный, несправедливый и не доказан ни материалами дела, ни в ходе рассмотрения его в суде. Она изложила доводы своей кассационной жалобы:

«В основу приговора были положены показания Буряка, второго осужденного. Сложно его считать нормальным и адекватным после того, как стало известно, что он участвовал в изнасиловании трех женщин. С моей точки зрения приговор недостаточно обоснован, почему в его основу положены показания, в принципе, невменяемого, неадекватного человека? К сожалению, психиатры признали его адекватным, но это уже на совести психиатров. В ходе судебного следствия не были рассмотрены такие доказательства, как показания двух девочек-свидетелей, которые рассказывали, кого они видели. И там несовпадения. По показаниям Буряка, он шел по тропинке (с Виржине) к дому (в котором было совершено убийство) и ему навстречу шли эти девочки. Девочки говорят обратное, что они были на площадке и видели, как некий молодой человек со светлыми волосами вел девочку за руку довольно быстро. Нестыковки и по времени. Во всех трех показаниях Буряка он указывает разное время, когда он встретил девочку. В первых показаниях у него время указано около 11-12 часов дня. В показаниях от 22 июля 2015 года он уже говорит, что было 10-11 часов, а на самом деле доказано, что девочка до 14.00 была в школе. Далее, когда он виделся с Кешищяном: в одних показаниях он говорит, что они в этот день утром встречались, но есть доказательства того, что Кешищян до 14.00 находился дома».

Адвокат указала на то, что Буряк заявил суду, что в день убийства Кешищян неоднократно ему звонил и по телефону руководил его действиями. Однако этот факт не был подтвержден распечатками детализации вызовов и билингом. Не установлено ни одного звонка на телефон Буряка ни с одного номера, по которому ему мог бы звонить Кешищян. В материалах дела есть потожировые отпечатки Робика Кешищяна на носке и рюкзаке убитой девочки, но они не могут служить доказательством преступления, так как Робик жил в одной квартире с дочерью, помогал ей одеваться и собираться в школу и, естественно, прикасался к ее вещам. Буряк постоянно путался в показаниях, когда описывал, во что была одета девочка. Буряк утверждал, что в день убийства Виржине он заходил вместе с Кешищяном в продуктовый ларек, и Кешищян заставлял его пить спиртное. Однако продавщица указанного им ларька этот факт не подтвердила. Ни следствие, ни суд не приняли к сведению показания двух девочек, которые видели, как Виржине в сторону заброшенного дома вел молодой человек с густой светлой шевелюрой. Ни Кешищян, ни Буряк под данное ими описание не подходят.

Адвокат настаивала на оправдании Кешищяна и отсутствии в деле доказательств его вины.

После Карины Геворковой суд предоставил слово адвокату Робика Кешищяна Игорю Скнарину, который зачитал его кассационную жалобу. Кешищян утверждает, что приговор суда необоснованный и не соответствует обстоятельствам уголовного дела. В основу обвинения положены показания Буряка, которые он менял несколько раз на протяжении всего следствия. Кешищян утверждает, что показания Буряка о том, что они якобы были знакомы и Кешищян приходил к нему в камеру, где он отбывал срок за изнасилование, будучи несовершеннолетним и насиловал Буряка, не соответствуют действительности. Эти сведения были опровергнуты в ходе судебного разбирательства показаниями свидетеля Сергея Трубкина, который отбывал наказание вместе с Буряком. Трубкин в ходе расследования и на суде назвал имена трех человек, которые отбывали срок вместе с ними и могли подтвердить или опровергнуть эти показания Буряка. Однако следователь не внес в протокол его допроса эти сведения, а суд отказал в удовлетворении ходатайства адвоката о вызове их в суд и допросе, чтобы подтвердить или опровергнуть показания Буряка в этой части.

Игорь Скнарин процитировал жалобу Кешищяна:

«Несостоятельность версии осужденного Буряка, что я неоднократно, начиная с 27 ноября 2013 года, звонил на его мобильный телефон, подтверждается справкой ЗАО «Аквафон-GSM». При этом осужденный Буряк при ознакомлении со всеми телефонными соединениями, указанными в протоколе детализации, не смог назвать номер, с которого я мог ему звонить. В судебном заседании установлено, но не принято во внимание судом при вынесении приговора, что мои телефонные звонки на телефон Буряка отсутствуют. Этот факт он не смог разъяснить суду, и на вопросы моего адвоката, поставленные в этой связи, как и на многие другие, отвечать отказался. Я уверен, что это вызвано боязнью запутаться в своих последних и предыдущих показаниях, данных им в ходе предварительного расследования, где Буряк подробно рассказывал, как он сам совершил изнасилование, а впоследствии и убийство. Также нельзя не отметить показания Буряка, данные им в ходе предварительного следствия, где он, будучи допрошенным в качестве свидетеля и подозреваемого, говорил о том, что, когда он употребляет спиртные напитки, он не контролирует себя и свои действия и может изнасиловать любую женщину, независимо от ее возраста. Это подтверждается двумя последними приговорами, по которым Буряк был осужден, и потерпевшими по данным делам были женщины преклонного возраста, одна из них была инвалидом-колясочником».

Суд признал Кешищяна виновным и в том, что он изнасиловал свою дочь Виржине за несколько дней перед убийством, 29 ноября. Это обвинение он основывает на показаниях в суде судмедэкспертов. Но ни один из них не заявил суду, что этот факт определенно имел место. Они заявили суду, что доказать, что девочку изнасиловал отец, не могут.

В кассационной жалобе Робик Кешищян сообщает:

«В обжалуемом приговоре, отказывая в неоднократных ходатайствах моему адвокату о признании недопустимыми доказательствами психофизиологическую экспертизу (полиграф), проведенную в отношении меня и Буряка, суд пришел-таки к заключению без мотивации своих выводов о признании недопустимыми доказательствами этих экспертиз, проведенных Николаевой Ириной Николаевной. Однако в этом же приговоре суд приводит показания Николаевой как доказательство моей виновности, хотя последняя лишь пересказывает в своем выступлении ход проведения этих экспертиз».

Адвокат Скнарин поддержал кассационную жалобу Кешищяна и добавил, что у него есть подтвержденное показаниями свидетелей алиби, из которого известно, что вплоть до 15.43 Робик Кешищян находился у себя дома. Убитую Виржине нашли около 16.20. Ни следствие, ни суд не ответили на вопрос о том, как мог Робик Кешищян организовать изнасилование и убийство своей дочери за 40-45 минут? Его алиби не было проверено досудебным следствием, не учтено оно и судом при вынесении приговора.

В своем выступлении начальник следственного управления Генеральной прокуратуры Даур Амичба сказал:

«Согласно доводам кассационной жалобы осужденного Кешищяна, обвинительный приговор в отношении него необоснованный, вынесен в отсутствии совокупности документов, в связи с чем доводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Единственным доказательством его виновности, согласно обвинительному приговору, являются показания Буряка, которые противоречивы и выстроены им в ходе предварительного следствия при проведении психофизиологической экспертизы и на основе тестовых вопросов и ответов к ним. Однако доводы осужденного Кешищяна и адвоката Геворковой несостоятельны. Считаем приговор Верховного суда от 3 июля 2017 года вынесенным при тщательном исследовании обстоятельств дела с глубоким анализом доказательств в их совокупности, с учетом их согласованности и взаимном дополнении, что позволило суду сделать обоснованные выводы о виновности каждого соучастника преступления – Кешищяна и Буряка, и назначить им справедливое наказание».

Кассационная коллегия постановила: приговор суда от 3 июля 2017 года оставить без изменения, в удовлетворении кассационных жалоб Кешищяна и Геворковой отказать.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG