Accessibility links

Есенин и Абхазия


Сергей Есенин

3 октября отмечается, причем и далеко за пределами России, 125-летие со дня рождения выдающегося и удивительного русского поэта Сергея Есенина. В столице Абхазии, в микрорайоне Маяк, есть улица Есенина – одна из очень немногих в городе, название которых сохранилось с довоенных, советских времен. Многие в абхазском обществе слышали, что поэт бывал в Сухуме, но когда, при каких обстоятельствах, с кем были у него встречи и беседы – это почти никому не известно. Кстати, в статье о Есенине в Википедии о таком посещении не говорится, упоминается только, что в последние годы жизни поэт трижды ездил на Кавказ.

Между тем не так давно на глаза попалась интернет-публикация, в которой воспроизводилась заметка из газеты «Советская Абхазия» от 12 июля 1962 года, подписанная В. Пачулиа – известным абхазским краеведом и популяризатором истории Вианором Панджевичем Пачулиа, ушедшим из жизни в 1988 году. Вот ее текст:

Есенин и Абхазия
please wait

No media source currently available

0:00 0:03:55 0:00
Скачать

«Старейший полиграфист, бывший член ЦИКа Абхазии Майор Давидович Хахмигери рассказывал:

«Возвращаясь на дилижансе в Сухуми из санатория "Гульрипш", на шоссе вблизи "Синопа" я увидел группу людей, среди которых находился С. Я. Чанба, председатель ЦИКа Абхазии. Я подошел к нему. Мы говорили о переименовании Первой советской типографии, как она тогда называлась, в типографию имени В. И. Ленина. Вскоре после этого разговора типография была переименована.

Кроме С. Я. Чанба, в этой группе были А. Герваси (редактор газеты "Трудовая Абхазия"), В. Агрба (нарком земледелия Абхазской АССР), К. Инал-ипа (военный комиссар Абхазии) и другие лица. Они были мне знакомы. Лишь одного из находившихся в группе я не знал.

Это был молодой человек среднего роста, с пышными, зачесанными назад волосами, большими добрыми серыми глазами и поразительно правильными чертами лица. Одет он был модно, изящно.

Беседа происходила у обочины шоссе. К. Инал-ипа вдруг сказал:

– Товарищ Есенин, мы, кажется, начинаем пошаливать.

На это Есенин ответил:

– Да, мы шалим, а шалить – значит жить весело.

Есенин был в приподнятом настроении. Временами он устремлял взгляд на море или на город, любовался горами, синеющими вдали. Живописный пейзаж приводил его в восторг.

– Други мои! – воскликнул он. – Это великолепно, очаровательно, это сказка наяву. Абхазия подобна Эдему, но жить должны здесь не праведники, а только поэты! Да, да, поэты, – заключил он. – Воспеть бы Абхазию вдохновенно, как умеет воспевать Есенин!

Вся группа выразила Есенину одобрение этой мысли.

Общительность Есенина создавала атмосферу непосредственности, которая сразу же сближает людей.

Вскоре вся группа направилась в дом отдыха имени С. Орджоникидзе».

Как ни покажется это удивительным, но автору этого материала довелось когда-то общаться с обоими – и Вианором Пачулиа, и Майором Хахмигери. Не в 1962 году, конечно, а много позже. Ну, если говорить о первом, то кто его только в Абхазии не знал… И где-то примерно в начале восьмидесятых годов прошлого века мы с ним прогуливались по сухумской набережной, Вианор Панджевич с неизменной своей домашней собачкой. И, показав на одно из окон жилого дома из темно-красного кирпича близ морпорта, где в начале двадцатого века располагалась гостиница «Россия», он с привычной загадочной улыбкой заявил: «А знаешь ли ты, что там был номер, где ночевал Сергей Есенин?»

Что касается сухумского старожила Майора Давидовича Хахмигери, то наша единственная встреча произошла в году 1988, когда он был уже глубоким старичком, порядком за девяносто. О той встрече в его квартире в тогдашнем Доме-музее Нестора Лакоба, я упоминал уже в публикации на «Эхе Кавказа» в январе 2010 года и приводил его рассказ об эпизоде, когда до революции он, будучи 20-летним рабочим типографии в Сухуме, столкнулся с совсем еще юным учеником Сухумского высшего начального училища Лаврентием Берия – будущим всесильным главой НКВД СССР. Но это уже, как говорится, совсем другая история…

Вернемся к встрече Майора Хахмигери с Сергеем Есениным, «на шоссе вблизи «Синопа» (так исстари называется микрорайон Сухума на нынешнем Кодорском шоссе, на восточной окраине города), описанной в газете «СА». Прежде всего, уточним, что в 1962 году «Советская Абхазия» употребляла топоним «Сухуми» и не могла делать иначе, но в пору описанной в заметке встречи использовался, конечно, топоним «Сухум». По прочтении заметки возникают вопросы про год, когда состоялась встреча, а также выполнил ли Есенин свое намерение «вдохновенно воспеть Абхазию».

Покопавшись сегодня в интернет-публикациях про Есенина, наткнулся на текст его письма от 14 декабря 1924 года из Батума Петру Чагину, где Сергей Александрович сообщает: «Я должен быть в Сухуме и Эривани». В сносках к письму говорится: «В Эривани (Ереване) Есенин не был. Что касается Сухума, то имеется свидетельство о посещении Есениным этого города в феврале1925 г.». Далее приводится текст цитировавшейся здесь газетной заметки 1962 года. И далее следует: «Приведя рассказ М. Д. Хахмигери, автор заметки добавил: есть «сведения о том, что поэт посвятил нашему городу стихотворение». В 1985 г. с М. Д. Хахмигери и В. П. Пачулиа в Сухуми встретился С. П. Кошечкин. К сожалению, ни тот ни другой каких-либо подробностей о «сухумском» стихотворении Есенина сообщить не могли. Зато Майор Давидович заметил, что некоторые детали в газетную заметку В. Пачулиа не вошли. Так, во время того разговора Инал-ипа, кивнув в сторону Хахмигери, сказал, обращаясь к Есенину:

«Сергей Александрович, а ведь это печатник!

Поэт с улыбкой протянул руку молодому человеку:

– О, печатники нам родня!»

По словам М. Д. Хахмигери, из Батуми в Сухуми Есенин приплыл на пароходе».

Фрагмент заметки о рукопожатии Есенина с Хахмигери, можно предположить, сократили в редакции. Что касается слов про «сведения о том, что поэт посвятил нашему городу стихотворение», то это утверждение, вполне возможно, основано на путанице. Дело в том, что проживший большую часть своей жизни в Сухуме русский поэт-символист, педагог, археолог Виктор Стражев (1879-1950), опубликовал в 1927 году, по-видимому, во все той же «Советской Абхазии» подборку «Сухумская антология», где в шутливой, пародийной форме представил, что написали бы Игорь Северянин, Владимир Маяковский и другие поэтические величины того времени о столице Абхазии. О Сергее Есенине в этой подборке написано так:

«В биографии крупнейшего лирического поэта нашей эпохи Сергея Есенина остался совершенно неизвестным факт его пребывания в Сухуме. Мы имеем полную возможность не только установить этот факт, но и опубликовать никому не известное стихотворение поэта, написанное в Сухуме о Сухуме и оброненное им (на почтовой бумаге небольшого формата) на пляже за крепостью.

По Москве хулиганскую славу
Променял на сухумский духан.
Авось хоть тут златоглавый
Отдохнешь, рязанский буян!
Месяца ломтик дынный
Буйволиная лижет ночь.
Приютила беспутного сына
Юга лазурная дочь!
У перса купил цветочек.
На север в письме пошлю.
В письме напишу покороче:
«Люблю»... Или «не люблю»?
Жизнь истаскал в опорки.
А дешево тут вино!
Кто-то по фамилии Зоркин
Пил брудершафт со мной.
Эх, ты, Серега! Серега!
Лихая русская дурь!
В сухумском духане потрогать
Приехал чужую лазурь!»

Остается только добавить, что Сергей Есенин и сам, вполне вероятно, вернулся бы к своим восторженным впечатлениям об Абхазии, и они отразились бы в его очередном поэтическом шедевре, если бы менее чем через год после поездки в Сухум не наступила роковая ночь на 28 декабря 1925 года в ленинградской гостинице «Англетер».

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG