Accessibility links

Выборы мэра Тбилиси: зависимость от независимости


Дмитрий Мониава

От выборов мэра Тбилиси сюрпризов ждать не приходится, но они тем не менее впишут пару интересных строк в историю болезни грузинской демократии.

Если бы речь шла лишь об очередном противостоянии «Грузинской мечты» и «Нацдвижения», предсказать результат было бы несложно - в столице недолюбливают партию Саакашвили, что подтверждают как опросы, так и результаты выборов последней пятилетки. Но старая, биполярная модель, основанная на противостоянии этих партий, стала менее актуальной, а на авансцене появился кандидат, который может мобилизовать избирателей, отвергающих и «мечтателей», и «националов».

В первом туре выборов 2014 года Давид Нармания («Грузинская мечта») получил 46,09%, а Никанор Мелия («Нацдвижение») 27,97% голосов. Третье место занял Дмитрий Лорткипанидзе (12,81%) – кандидат оппозиционных групп, сплотившихся вокруг Нино Бурджанадзе. Это был неплохой результат, с учетом того, что многие избиратели принципиально не голосуют за Бурджанадзе и ее соратников. Но даже если бы лидер «Альянса патриотов» Ирма Инашвили (5,37%) и Каха Кукава (2,32%) не «отщипнули» у Лорткипанидзе часть электората, ему все равно не хватило бы примерно 7-8% для того, чтобы вмешаться в спор лидеров.

За три года доверие к «Грузинской мечте» снизилось, что вынудило Бидзину Иванишвили выставить более яркого кандидата, чем Нармания. А «Нацдвижение» пережило раскол и значительно ослабло. Часть избирателей возненавидела биполярную модель и оба ее элемента, но не сумела найти достойную альтернативу среди «партий второго ранга». Самой распространенной формой протеста после «великой поляризяции» 2012 года стал тихий бойкот. В 2014-м явка в Тбилиси составила лишь 37,3%.

Сегодня одним из лидеров предвыборной гонки является Александр (Алеко) Элисашвили. Он выступает как независимый, равноудаленный от всех политических объединений кандидат, что важно в ситуации, когда старые партии дискредитированы.

В 2014-м «Грузинская мечта» победила во всех мажоритарных округах столицы, кроме одного, где выиграл Элисашвили. Он долгое время возглавлял неправительственную организацию, которая занимается проблемами Тбилиси, что вкупе с журналистским прошлым сыграло ему на руку. Став депутатом столичного сакребуло, он старался поддерживать рейтинг на прежнем уровне и гневно критиковал власти. Главной проблемой Элисашвили всегда была избыточная амбициозность и вспыльчивость; он часто говорил в запале много лишнего (например, в ходе скандала вокруг комиссии по помилованию), что негативно отражалось на его имидже.

По данным NDI, за Элисашвили готовы проголосовать 19% опрошенных. Он отстает от представителя «Грузинской мечты» Кахи Каладзе (30%) и немного опережает кандидата «Нацдвижения» Заала Удумашвили (18%). Среди тех, кто решил пойти на выборы, симпатии распределились так: Каладзе – 37%, Элисашвили – 22%, Удумашвили – 16%. Этот расклад, с небольшими отклонениями, подтверждают и другие опросы. Элисашвили может прорваться во второй тур, если Каладзе не победит в первом, вопреки желаниям руководства «Грузинской мечты» (впрочем, рост влияния Каладзе нравится не всем лидерам правящей партии).

Если во второй тур выйдет «национал», против него объединятся почти все, как французы против представителей семейства Ле Пен, и особых проблем у фаворита Иванишвили не возникнет. Но коль скоро он останется лицом к лицу с независимым кандидатом, может произойти обратное, а универсальная схема «"Грузинская мечта" против "Нацдвижения"» (она же «меньшее зло против большего зла») перестанет работать. И даже если Каладзе победит за счет ресурсного превосходства, важные изменения все равно произойдут: избиратели забудут об ограничениях, которые накладывает на их восприятие биполярная модель образца 2012 года.

У Каладзе намного больше сил и средств; консультанты усердно полируют его имидж. Он ориентируется на архетип «заботливого хозяина», тогда как Элисашвили ближе к образу «народного трибуна». Одна из главных проблем независимого кандидата, вероятно, заключается в том, что он не нужен столичной элите – ей проще договориться с Каладзе в рамках пакта, заключенного с Иванишвили. Нынешний порядок вещей не удовлетворяет ее полностью, но дестабилизация системы, в любом случае, обойдется дороже. У верхушки столичного общества нет веской причины для альянса с социально чуждым независимым кандидатом, использующим радикальные лозунги, тем более что опыт «Революции роз» свидетельствует: такие молодые люди зачастую хотят тотального перераспределения собственности и сфер влияния. А победить в Тбилиси, не заключив союза хотя бы с частью влиятельных групп, практически невозможно.

«Проблема Элисашвили» актуальна и для «Нацдвижения», которое вот уже пятый год мечтает о возвращении к власти. Иванишвили выгодно, чтобы «националы» играли роль «бумажных тигров», пугающих избирателей «Грузинской мечты», но следует понимать, что ответом на попытку реванша, скорее всего, станет Варфоломеевская ночь. Рисковать сейчас нельзя – партия Саакашвили ослаблена, а власть Иванишвили еще крепка. У «националов» может возникнуть соблазн использовать Элисашвили в качестве тарана, дабы ослабить оборону «Грузинской мечты». Он, подобно большинству грузинских политиков, нервозен и амбициозен, и подтолкнуть его к эскалации под предлогом фальсификации выборов (или другим предлогом) будет не очень сложно. Но стратегические цели «Нацдвижения» могут войти в противоречие с тактическими – оно (особенно после раскола) упорно цепляется за статус «главной оппозиционной силы», а посему желает видеть своего кандидата во втором туре, даже если это, как и в 2014-м, принесет убедительную победу «Грузинской мечте». Лидеры партии, вероятно, попытаются разработать сценарий погони за двумя зайцами, удовлетворяющий их амбиции и в то же время позволяющий использовать Элисашвили против властей.

Важную роль в борьбе за второе место сыграют те несколько процентов, которые аутсайдеры гонки «отнимут» у лидирующих кандидатов – в этом плане Элисашвили более уязвим. А еще у «националов» есть опыт, у них больше информационных (да и любых других) ресурсов. Но Элисашвили может достучаться до широких слоев избирателей, тогда как «Нацдвижение», по сути, находится в изоляции и испытывает серьезнейшие проблемы с привлечением новых сторонников.

В целом и рейтинги, и оценки экспертов пока не позволяют усомниться в победе Кахи Каладзе, но выборы тем не менее окажут серьезное влияние на проржавевшую биполярную модель, созданную Бидзиной Иванишвили. Чуда на сей раз, скорее всего, не произойдет, но многие избиратели поверят в то, что оно возможно.

Мнения, высказанные в рубриках «Позиция» и «Блоги», передают взгляды авторов и не обязательно отражают позицию редакции

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG