Accessibility links

Грузинские тайны «Газпрома» или «газпромовские» тайны «Мечты»?


ПРАГА---Продолжим тему заключения договора с российской корпорацией «Газпром» в рубрике «Некруглый стол». Что реально стоит за полемикой о соглашении с «Газпромом», нам помогут разобраться политолог Серги Капанадзе и эксперт-экономист Александр Твалчрелидзе.

Вадим Дубнов: Батоно Серги, скажите, действительно ли все так серьезно, действительно ли речь идет о безопасности, потере суверенитета, сдаче государственных интересов?

Серги Капанадзе: Да, это очень серьезно. У нас было соглашение, которое работало на протяжении многих лет, согласно которому мы получали газ натурой взамен транзита из России в Армению. Тем самым у России не было инструмента давления на нас, т.е. тот газ, который мы получали, примерно 180 тысяч кубометров, был условием за транзит. Сейчас происходит манипуляция. С экономической точки зрения это не было шагом вперед. Министр энергетики говорит нам, что сделка, которую он заключил с «Газпромом», включает в себя то, что этот газ мы будем получать дешевле, чем мы получаем от Азербайджана. Примечательно, что это только на 1 доллар дешевле, т.е. реально – символически. Мы экономически ничего не получаем.

Другая часть проблемы, которая не менее важна для меня, – это то, как это происходило. Все это происходило в засекреченном виде, мы даже больше деталей узнавали от «Газпрома», нежели от нашего министра энергетики. Вдобавок к этому мы в парламенте – а вы знаете, что я представляю оппозицию, – потребовали, чтобы он пришел в парламент и все это нам рассказал, рассекретил этот договор, прошли слушания в парламенте, и чтобы общество знало обо всех деталях. Несмотря на то, что он обязан прийти в парламент, он этого пока не сделал. Поэтому эта секретность создает впечатление, что этот договор против интересов Грузии.

Вадим Дубнов: Батоно Александр, понятно, что здесь много политики, но как все-таки по-вашему, ведь есть же и объективные экономические реалии: скажем, правительство говорит о том, что денежная форма, в отличие от натуральной, теперь становится повсеместной и общепринятой и вариантов особо у правительства не было. Вы согласны с этим?

Александр Твалчрелидзе: Прежде всего, меня поражает одна вещь: почему переговоры с «Газпромом», т.е. коммерческой структурой, ведет правительство Грузии? Министр энергетики Грузии должен говорить с министром энергетики России, а с коммерческой структурой должна вести переговоры точно такая же коммерческая структура, адекватная, которая существует в Грузии. Такая корпорация у Грузии есть – это Государственная корпорация нефти и газа, вот она и должна была подписывать данный договор. Если вы обратите внимание, то абсолютно во всех странах Европы, в том числе и в Чехии, и в Германии, и во Франции, и в Италии такие договоры подписывают с «Газпромом» именно дистрибьюторы – не правительство, а коммерческие структуры.

Что я могу сказать по поводу содержания самого договора… Мы просто не знаем всех этих нюансов, вот когда будут проведены слушания в парламенте по требованию парламентского меньшинства – а по закону Грузии министр не имеет права отказаться от такого вызова, – вот тогда мы будем говорить более предметно. Но для того чтобы подписать договор, необходимо иметь согласие двух сторон – «Газпрома» и в данном случае правительства Грузии.

«Газпром» 2015 года и «Газпром» 2016 года – это две разные величины. За год «Газпром» смог избежать дефолта и очень сильно укрепить свои позиции. И теперь он говорил с позиции силы. «Газпром» говорил, что если Грузия откажется подписывать такой немотивированный договор на транзит, то «Газпром» будет поставлять в Армению газ через Иран. В этом году это ему сделать явно не удалось бы, потому что Иран и Армению связывает один трубопровод диаметром всего 700 миллиметров, и он полностью загружен, т.к. Иран в пять раз увеличил поставки газа в Армению в обмен на электричество. Но «Газпрому» ничего не стоило в течение года построить новый трубопровод, – а это всего 70 километров. Мне кажется, тогда бы Грузия вообще оказалась бы в плохо положении.

Не стоит забывать еще один момент этого договора: «Газпром» предложил 30-долларовую маржу, т.е. он будет поставлять газ, если Грузия захочет этот газ приобрести на 30 долларов дешевле, чем «Газпром» поставляет газ в Европу. Таким образом, от политических комментариев я воздержусь, потому что я не политик и не политолог, а с экономической точки зрения в XXI веке вести переговоры на бартерном уровне как-то уже непристойно. Просто надо иметь гарантию, что по первому требованию Грузии газ в Грузию будет поставляться по тем ценам, которые будут оговорены в этом договоре.

Вадим Дубнов: Батоно Серги, как вы полагаете, давление России было в большей части экономическим или там использовались политические рычаги?

Серги Капанадзе: Сам министр на заседании правительства признал, что такое давление было, что со стороны «Газпрома» выдвигался ультиматум, от которого, по словам министра, грузинская сторона отказалась, но потом пришлось все-таки согласиться на предложения. Проблема в том, что то, на что мы согласились, – это реально не входит в наши интересы. Мне очень хочется узнать, в чем состоял ультиматум «Газпрома», который еще хуже того, на что мы сейчас согласились. Во-вторых, важно понять, что в этих переговорах мы традиционно сильны, потому что реально у «Газпрома» нет другого варианта, кроме как согласиться на наши предложения. Именно поэтому на протяжении более десяти лет это соглашение существовало, потому что нет альтернативы подачи газа в Армению, нежели через Грузию. Там нет вариантов того, чтобы из Ирана газ в Армению подавался в таком объеме, чтобы этого было достаточно. У нас всегда была очень сильная оппозиция, и поэтому мы никогда не поддавались ультиматумам с российской стороны. Это еще более обидно, потому что сейчас оказывается, что просто все упустили, а взамен практически ничего не получили.

Вадим Дубнов: Батоно Александр, вы согласны с тем, что альтернативы никакой нет? Вы сами говорили об иранском газе, и усилия России в Армении явно показывают, что Москва крайне заинтересована в иранской ветке и Южный Кавказ готовится к новой очереди азербайджанского газа. Насколько все это может повлиять на всю карту газового снабжения и все эти политические страсти?

Александр Твалчрелидзе: Мы должны смотреть вперед. Мы должны использовать наше геополитическое положение и добиться того, чтобы газ в Грузию, и не только в Грузию, а через Грузию в Европу, поставлялся из Ирана. Это, поверьте мне, прекрасная возможность заменить целиком «Газпром» на европейском рынке. Его позиция и сейчас не очень сильна на европейском рынке – всего 38%.

Вадим Дубнов: Но это же все равно будет под контролем «Газпрома»…

Александр Твалчрелидзе: Эти 38% пока под контролем «Газпрома», но существует очень много возможностей это влияние еще больше уменьшить.

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG