Accessibility links

Югоосетинская неделя: собакам – приют, прокурору – «крышу»


Прокурор Ленингорского района обжаловал решение по делу гражданской активистки Тамары Меаракишвили, согласно которому все обвинения против нее были сняты

Прошедшую неделю в Южной Осетии сделал прокурор Ленингорского района Алан Кулумбегов. Без сомнений – он человек недели.

В понедельник стало известно, что он обжаловал в Верховном суде решение Ленингорского райсуда от 10 июля по делу гражданской активистки Тамары Меаракишвили, согласно которому все обвинения против нее были сняты. Кассационное представление он подал в пятницу, 19 июля, в последний день, когда можно было обжаловать вердикт суда, за пять минут до окончания рабочего дня.

Зачем он это сделал – непонятно.

Два года шло следствие, два раза прокуратура пыталось судиться, и всякий раз дела рассыпались. Судья Фатима Парастаева указывала товарищам следователям, что они не представили суду ничего, пригодного для рассмотрения. Понятно, что ничего нового Алан Кулумбегов в этом деле найти не мог. Ни доказательств про второе грузинское гражданство Тамары, потому что у Южной Осетии с Грузией нет отношений. Ни в деле про клевету против членов районного отделения партии «Единая Осетия», потому что Тамара не называла имен. А если нет имен, нет и пострадавших от клеветы. Непонятно, зачем тогда Кулумбегову нужно продолжать эту историю, которая не сулит ни ему, ни его ведомству ничего, кроме компрометации. Тем более непонятно его решение, потому что ему в этой истории не за что биться - не он начинал преследование, не он вел следствие. Это не его фиаско, а его предшественника Давида Гурциева.

Югоосетинская неделя: собакам – приют, прокурору – «крышу»
please wait

No media source currently available

0:00 0:12:16 0:00
Скачать

Что касается гражданской активистки, то для нее это пролонгация всех ограничительных мер, которые применяло к ней следствие, в том числе, ограничение свободы передвижения. Тамара Меаракишвили говорит, что была готова к такому повороту:

«Я ожидала, что постановление будет обжаловано, поэтому у меня не было эйфории, когда я слушала решение суда первой инстанции. Почему я ожидала такое развитие событий? Потому что с первого дня следствия было видно, что для них я не преступник, но человек, которого надо примерно наказать за гражданскую позицию, за возражения. Поэтому, я думаю, это еще долго продлится. Сотрудники прокуратуры сами себя загнали в угол незаконными преследованиями против меня. Они думают, что им удастся решить дело в свою пользу, все исправить, но получается наоборот: они еще больше наносят ущерб репутации прокуратуры».

Бывший депутат югоосетинского парламента Роланд Келехсаев обратил внимание на одну важную, по его мнению, деталь в этой истории, о которой никто не говорил:

«В деле Тамары Меаракишвили мы наблюдаем явные разногласия между судебным департаментом и прокуратурой. Разные толкования этого дела. О чем это говорит? О том, что нет какого-то политического решения по делу Меаракишвили. Если бы оно было, то этих разногласий не было бы. А кто у нас в республике может принять такое решение? Только президент. Значит, Анатолий Бибилов в эту историю до сих пор не вмешивался. Как я слышал, вокруг этого дела сейчас сошлись разные силы: одни хотят Тамару наказать, другие считают, что эта история позорит республику и дело надо закрывать».

Югоосетинские эксперты рассматривают дело Тамары Меаракишвили как иллюстрацию к внутриполитической ситуации. По их наблюдениям, в республике развернулась жесткая конкурентная борьба между группами влияния в окружении президента. Точнее, между двумя группами, одна из которых формируется вокруг председателя Верховного суда Олеси Кочиевой, другая – вокруг Генпрокурора Урузмага Джагаева. Благодаря этой конкуренции перестала существовать старая традиция, когда главным действующим лицом на процессе был гособвинитель, а судье отводилась роль послушного исполнителя его воли. Теперь, как отмечают наблюдатели, все наоборот – судьи ставят на место прокурорских. Не редкость, когда обвинения разваливаются в суде. За долгие годы прокуратура привыкла, что ей достаточно кого-то обвинить и передать дело в суд, а там уже судейские возьмут под козырек. Теперь такое не проходит, небрежно состряпанные дела рассыпаются, как рассыпалось дело Тамары Меаракишвили.

Правда, как отметил Роланд Келехсаев, если нет политического решения. В этом смысле, считают эксперты, подав дело на апелляцию, прокурорские либо решили биться до конца с судейскими, либо рассчитывают втянуть в эту историю президента. Пока им удалось лишь затащить президента в скандал, причем Алану Кулумбегову лично.

В понедельник Тамара Меаракишвили опубликовала на своей странице в Facebook материл «Эха Кавказа» о решении прокурора Ленингорского района обжаловать вердикт районного суда. Под этим постом Алан Кулумбегов поставил свой комментарий:

«О, вся Осетия за одну дурную армянку взялась».

Цхинвальских пользователей эта реплика возмутила. Ответная реакция не заставила себя долго ждать. За гражданскую активистку вступился и юрист Тимур Кокойты:

«Алан Кулумбегов, с учетом того, что ты прокурор Ленингорского района, у меня вопрос: ты идиот?»

И понеслось. В обсуждение включился президент Анатолий Бибилов. Он зачем-то стал заступаться за прокурора-ксенофоба, упрекать Тимура в невежливости, а затем начал донимать Тамару расспросами, правда ли, что она армянка. На прямой вопрос Тамары, считает ли президент реплику Кулумбегова оскорбительной и ксенофобской, Анатолий Ильич ответил уклончиво:

«Дурные есть у всех национальностей, это факт, на то есть соответствующие медицинские заведения во всех странах мира!» На что гражданская активистка ответила, что «не прокуроры ставят диагноз».

«Это очень серьезная проблема – ксенофобия в устах высокопоставленного чиновника», – пишет в комментариях общественник Тимур Цхурбати. И обращается к Кулумбегову:

«А ты чего ради оскорбляешь сограждан? Кто тебе делегировал такие полномочия? И вообще, что ты здесь делаешь в будний день, в рабочее время? Обжаловал постановление районного суда – готовься к процессам в Верховном и хотя бы приходи на них».

В общем, получилась большая дискуссия. Она растянулась на два дня и 148 комментариев. Югоосетинский юрист Тимур Кокойты говорит, что такое поведение должностных лиц дискредитирует республику:

«Он – должностное лицо, которое прямо заинтересовано и задействовано в судебном процессе над Тамарой. Он блюститель закона в районе и при этом допускает такие определения в отношении жителя района. Это меня возмутило, поэтому я задал этот вопрос. Такое поведение нас дискредитирует. В последнее время складывается такая ситуация, что мы превращаемся в какое-то шовинистическое образование, хотя мы не преследовали такой цели, чтобы стать государством, в котором людей сегрегируют по национальному признаку. Цхинвал всегда отличался интернационализмом, здесь людей не делили по национальному признаку, было понятие коренной цхинвалец, сталинирец – больше ничего».

Кажется, югоосетинские пользователи ошиблись с определением порока. Все-таки ксенофобия предполагает некую систему взглядов, а здесь таковой не наблюдается. Судя по посту, это скорее сочетание хамства и того качества, которое точно определил Тимур Кокойты в своем комментарии. Здесь другая проблема – это люмпенизация государственных институтов, как следствие крайне небрежной кадровой политики.

Я помню Ленингор 2009 года. Когда республиканские власти демонстрировали в недавно перешедшем под их юрисдикцию районе цивилизованность, доброжелательность к местному грузинскому населению. Помню опустевший поселок, но улочки чистые, ни одного треснувшего стекла в пустующих домах, ни одного сорванного замка. Ни одной жалобы от местного населения на притеснения. Силовики подчеркнуто вежливые, а к новому начальнику милиции Пухаеву ходят семьями – за советом.

Уже в бытность Леонида Тибилова то ли из-за того, что в район пошли российские деньги, то ли по какой-то другой причине, но приоритеты изменились, и район, по определению бывшего депутата Роланда Келехсаева, превратился из витрины югоосетинской государственности в задний двор, т.е. в место обогащения чиновников и произвола силовиков.

Соответственно, блюстителей порядка поменяли – приличных на своих, товарищей без комплексов, таких, которые чужое берут, как свое. И вот уже к новому начальнику милиции за советом никто не ходит. От него шарахаются, как от чумного, когда он подкарауливает прохожих, требует «дыхнуть», и тащит перепуганных до смерти ленингорцев в отделение штрафовать за употребление спиртного. А потом еще и.о. прокурора района Давид Гурциев на пару с чекистом Аликом Табоевым забили до смерти торговца овощами Арчила Татунашвили. В районе говорят, он слишком затянул с выплатой дани. И все это безобразие по одной причине – люмпены во власти. Они не дорожат честью мундира, даже карьерой – они воспринимают должность, как фарт, которым надо успеть воспользоваться.

Алан Кулумбегов, судя по отзывам, тоже не гнушается человеческих радостей, но при этом он все-таки разительно отличается от персонажей, описанных выше. Он не людоед. Пусть хамоватый, но не злобный, не мстительный. Не шибко образован, зато без болезненных амбиций. Говорят, с ним легко иметь дело. Любит застолья и пользуется успехом у дам. По сравнению с предшественником – просто ангел. И все равно это не значит, что Анатолий Ильич должен был вмешиваться в перепалку под постом Тамары.

Кулумбегов отгребал за ксенофобскую выходку или, точнее, за очередную хамскую шутку, которая оказалось ксенофобской выходкой. А цхинвальское ухо к таким выходкам весьма чувствительно, поэтому и реакция не заставила себя ждать. Ну и пусть себе отгребал бы в комментариях на Facebook. Президенту зачем туда было лезть? Чтобы разделить с ним кнут на две спины? Так и получилось.

К активности президента и других чиновников в социальных сетях жители республики в основном относятся позитивно: Анатолий Бибилов открыт для общения, для обратной связи без посредников. Но при этом, считает политолог Дина Алборова, чиновникам надо научиться держать себя в руках:

«Чиновникам в соцсетях не на все надо реагировать. А реагировать надо, если обращаются непосредственно к вам. И отвечать на них нужно предельно корректно, чтобы не выглядеть плохо. Мне самой становится неудобно, когда я читаю какие-то комментарии, которые не делают честь этим людям. Поэтому чиновники и должностные наши лица, вы – государственные мужи, сто раз надо подумать, прежде чем чего-то начиркать в социальных сетях».

Последняя новость недели: есть надежа, что скоро у бездомных собак в Южной Осетии появится приют. В этом году было зарегистрировано 198 случаев обращений за медицинской помощью пострадавших от укусов собак, среди них 132 ребенка. МВД принялось за отстрел бродячих собак, в то время как местные защитники животных против таких жестоких мер, они настаивают на гуманных методах решения проблемы.

Некоторое время назад в Facebook появилась группа «Твори добро, Цхинвал» по инициативе людей, которые уже несколько лет помогают бездомным собакам: подкармливают, лечат, когда есть возможность, стерилизуют и делают им прививки. К сожалению, говорит участник группы Залина Габаева, усилий этих людей недостаточно, чтобы справиться с проблемой, с каждым годом она лишь усугубляется. Они не первый год мечтают о приюте для собак, но, видимо, до сих пор они были недостаточно инициативны в продвижении своей мечты, пока в начале июля студенты не написали петицию президенту Бибилову с просьбой создать приют для собак и запретить отстрел бездомных животных. Говорит Залина Габаева:

«Как мне кажется, обращение вызвало резонанс в обществе. Об этом можно судить по тому, что многие его подписали и продолжают подписывать. В интернете петицию поддержали около семисот человек. В местных зоомагазинах лежат распечатанные экземпляры этой петиции, каждый желающий может поставить под ней свою подпись. По поводу реакции государства. Мне позвонили, и мы встретились с представителями ветеринарного надзора. Как я поняла, к диалогу государство готово, и в правительственных кругах идут разговоры о том, что надо искать компромиссные способы решения этой проблемы. На следующей неделе должна состояться еще одна встреча участников группы «Твори добро, Цхинвал» с представителями власти, на которой речь будет идти о создании приюта, возможно, о создании общественной организации, которая займется этим приютом. Но это не будет означать, что отстрел прекратится. Просто некоторое количество животных будет спасено. Это будут животные, которых можно социализировать, полечить, стерилизовать, сделать им прививки и попытаться пристроить к семьям. Пока вот такой разговор шел».

При этом Габаева отмечает, что работать нужно по двум направлениям: с одной стороны, пристраивать собак, с другой – бороться с бесконтрольным и безответственным разведением животных.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Уважаемые посетители форума "Эхо Кавказа", пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG