Accessibility links

Русский скелет в грузинском шкафу


Дмитрий Мониава

«Ваше Святейшество! С любовью во Христе поздравляем Вас с днем Вашего рождения! В эти сложные времена желаем Вам здоровья и всех благ Божиих. Желаем также, чтобы Вашими и общими усилиями как можно скорее восстановились справедливость и мир между Россией и Украиной, между нашими государствами. Да хранит Господь Вас и Вашу паству! С любовью во Христе Илия II, Католикос-Патриарх всея Грузии». Это послание, направленное главе РПЦ, поначалу вызвало в Тбилиси эмоциональный всплеск, но до масштабного скандала дело не дошло. Установив, почему события развивались именно так, мы, возможно, поймем, какое влияние на политику и общественное мнение Грузии оказывают связи с Россией.

Наибольшее раздражение поздравление вызвало в либеральной части общества, и нацеленная на нее «Европейская Грузия» опубликовала специальное заявление. Представители других партий предпочли промолчать или отделались уклончивыми комментариями – они не хотят критиковать Илию II, к которому абсолютное большинство грузин относится очень хорошо, зачастую восторженно. В последнем опросе IRI 88% респондентов отозвались о нем положительно и лишь 7% отрицательно; отрыв от остальных деятелей в списке превысил 35%. У патриархии 68% положительных откликов и 23% отрицательных, она на втором месте после армии (74 и 20 процентов). Интересно, что несколько лет назад, когда в похожих опросах упоминалась не «Патриархия», а «Церковь», показатели выглядели внушительнее, возможно, потому, что в первом случае ассоциативные связи сперва приводят к мыслям о земном и лишь затем о небесном.

«Европейская Грузия» осудила «коллаборационистские заявления и деятельность отдельных предстоятелей, направленную на оправдание действий российского государства и нивелирование его преступлений», и назвала РПЦ «инструментом режима Путина». Она предложила ГПЦ прервать любые связи с подконтрольными Кремлю организациями, включая Московский патриархат, и призвала «патриотов Грузии выражать свою позицию на всех, в том числе и религиозных собраниях, где Путина и подконтрольные ему организации не оценивают однозначно и тем более оправдывают их прямо или косвенно». ГПЦ может использовать против «Европейской Грузии» и прибегающих к аналогичным аргументам критиков два призыва из этого текста. Во-первых, отрывок, где упомянуты «любые связи», почти наверняка будет интерпретирован как побуждение к разрыву и евхаристического и канонического общения. Такой шаг потребует обоснования, которое с пониманием примут другие поместные церкви. Но даже если не углубляться в эти нюансы, позицию ГПЦ в данном вопросе можно уподобить универсальному доводу правящей партии «Вы что, хотите войны?» В ее рамках любой шаг против РПЦ – будь то признание автокефалии Православной церкви Украины или какие-то политические демарши – рассматривается как повод, который позволит Москве пересмотреть отношение к принципу неприкосновенности канонической территории Грузинской православной церкви, куда входят Абхазия и Цхинвальский регион. Посягая на нее в том или ином эпизоде, РПЦ тем не менее пока не пересекла последнюю «красную линию». Подходы сторон считаются взаимно блокирующими – ГПЦ не признает Православную церковь Украины, а РПЦ не выходит за определенные рамки на оккупированных российскими войсками территориях Грузии. Во-вторых, патриархия может использовать против «еврогрузин» призыв выражать позицию на религиозных собраниях, где не осуждают Путина. В ходе абсолютного большинства церковных служб политические заявления не делаются вообще, и попытки изменить этот порядок позволят ГПЦ апеллировать к статье 155 УК Грузии. Она предусматривает наказание за «незаконное воспрепятствование богослужению или выполнению иных религиозных обрядов или обычаев, совершенное с применением насилия или с угрозой насилия либо сопряженное с оскорблением религиозных чувств верующих или священнослужителей…» Последняя часть формулировки, по сути, позволяет любому присутствующему в храме выдвинуть обвинения против тех, кто начнет выражать политическую позицию в форме, не предусмотренной церковными правилами и традициями, поскольку «оскорбление» – весьма растяжимое понятие. Однако патриархия не стала отвечать непосредственно ЕГ или отдельным либеральным критикам (она обычно так и поступает, чтобы не повышать статус оппонентов) или препарировать их призывы и прибегла к более изощренному маневру.

Ситуацию для прессы прокомментировал митрополит Ахалкалакский, Кумурдойский и Карсский Николоз (Пачуашвили): «Все, что происходит в Украине, было и у нас, Грузия через все это уже прошла – сначала в 90-х, затем в 2008 году. Это недостаточное основание для того, чтобы патриарх прервал отношения с патриархом». Затем он ответил на вопрос о том, является ли глава РПЦ сторонником войны: «Это ложь, эта информация раздута. Российского патриарха спросили, и он сказал, он не только Патриарх Московский, но и всея Руси, и эта война идет на его территории… Таким образом, говорить, что патриарх освящает снаряды и отправляет их для стрельбы и умерщвления людей, – это ложь... Украина – это государство, но ее церковь – каноническая территория России». Кому-то может показаться, что после такого комментария скандал усугубился, но неожиданно для неискушенных наблюдателей он пошел на спад, и важно понять почему.

Обычно в качестве основных спикеров патриархии по спорным вопросам выступают другие лица, прежде всего – руководитель ее службы по связям с общественностью протоиерей Андрия Джагмаидзе, как это произошло, например, в субботу, после того, как пожилая монахиня стала жертвой преступления, вызвавшего гнев общественности. Владыка Николоз появляется на авансцене реже, впрочем, в ходе обсуждения вопроса автокефалии ПЦУ в январе 2019-го он сделал резонансное заявление – в частности, сказал, что сначала должны высказаться Церкви, которые в иерархии находятся выше ГПЦ, а ей необходимо досконально изучить текст полученного украинцами томоса. Он также упомянул об украинских священнослужителях, преданных «анафеме, признанной всеми православными Церквями, в том числе Константинопольской. Некоторые из них, получается, самопровозглашенные епископы. Как с такими совместно служить? Мы не можем таких признать», а в конце добавил: «Если Церковь Украины немножко подождет, нет в этом ничего особенного или вредного. ГПЦ восстановила автокефалию в 1917 году, РПЦ признала это лишь в 1943-м, а Константинополь – в 1990-м. Процесс признания медленный и сложный» (IPN). СМИ несколько раз интересовались его визитами в Москву на всевозможные конференции, но он всякий раз подчеркивал, что эти встречи церковные, а не политические, и священнослужители должны содействовать примирению. Особенно тесные связи у него установились с Центральным музеем древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублева, первым директором которого был его родственник, выдающийся искусствовед Давид Арсенишвили (владыка Николоз – его внучатый племянник). Тот, работая в Тбилиси, спасал от большевиков древний храм Анчисхати, а перебравшись в Россию, иногда говорил советским чиновникам: «Я грузин и хочу, чтобы Музей русского искусства был открыт, был достоин своего призвания. А вы кто? Вы русский, и вы этого не хотите!» Список проведенных под эгидой РПЦ мероприятий, в которых принял участие митрополит, выглядит весьма внушительно; внимание могут привлечь его отношения с Православным Свято-Тихоновским гуманитарным университетом. Судя по информации на сайте ПСТГУ, в 2014-м он защитил там кандидатскую, а в нынешнем году издательство вуза выпустило его книгу (как и диссертация, она посвящена миссионерскому служению пророка Ионы). Через год после войны 2008 года он заявил в присутствии главы РПЦ в храме святителя Николая в Толмачах: «Невозможно разделить наши народы, невозможно разделить наши Церкви». Позже были реплики вроде «Наше единство никто и ничто не может разрушить» (16.11.2020 в московском Спасском соборе Спасо-Андроникова монастыря) и десятки других фраз, за которыми, скорее всего, последовал бы страшный скандал, если бы их произнес другой епископ. И риторикой дело не ограничивается.

В сентябре 2021 года в интернет попали интересные материалы – они, предположительно, свидетельствовали о слежке Службы госбезопасности за десятками священнослужителей. О владыке Николозе (в России его называют Николаем) в них говорилось, что он при личных встречах, а также по Skype передавал гражданке России Лолите Данилиной полученные от депутатов сведения, информацию о небезызвестной лаборатории Лугара, о личных встречах Патриарха. За это Данилина якобы перечислила владыке 30 тысяч долларов, указав, что средства предназначены для церковного пожертвования. Пачуашвили подтвердил, что действительно общался с Данилиной, но отверг версию о шпионской деятельности и о вознаграждении.

Данилина Лолита Владимировна, 1962 года рождения, окончила МГИМО в 1984-м (Пачуашвили, к слову, тоже учился в Москве, на физфаке МГУ) и до развала СССР работала в Министерстве внешних экономических связей, позже трудилась в «Технопромимпорте», а в «нулевых» возглавляла текстильные предприятия, в том числе ОАО «Трехгорная мануфактура». Позже там произошло столкновение интересов, которое описано в Википедии так: «В 2002 году контрольный пакет акций компании через кипрскую компанию Navio Holdings приобрела группа компаний «Базовый элемент». В 2017 году возник спор между контролирующим «Базовый элемент» Олегом Дерипаской и бывшим главой ВЭБ [Внешэкономбанка] Владимиром Чернухиным. Чернухин заявил, что был равноправным партнером Дерипаски в Navio Holdings, но его доля была оформлена на его гражданскую супругу Лолиту Данилину». Затем Чернухин и Дерипаска долго судились в Лондоне – первый доказывал, что Данилина была лишь номинальным владельцем Navio, а второй утверждал обратное. Сама она говорила, что «в 2007 году, когда их отношения с Чернухиным завершились, экс-глава ВЭБа не выполнил свои обязательства по разделу активов. Разделить удалось коллекцию предметов искусства, винтажных авто и старинного оружия, и даже дом стоимостью $55 млн на мысе Антиб во Франции. Однако спорными оставались миллионы фунтов, осевшие в трастах на Нормандских островах», – писал в 2018-м Forbes.ru ссылаясь на Times.

Лолита Данилина организовала компанию «Артель», производящую «текстильные изделия для дома и храма». Определенное представление о ее воззрениях можно составить по интервью журналу «Церковная ризница» (№47, 2015) с утверждениями вроде «Малороссия – часть нашей исторической родины, Гоголь – русский писатель, все мы имеем одни исторические корни – это Российская империя». Там был характерный отрывок и о нашей стране: «А в Грузии признали за свою национальную нашу русскую коллекцию. Я подарила скатерть с синей тверской жар-птицей своим друзьям из Тбилиси. И вот однажды во время застолья один из гостей воскликнул: «Откуда у тебя настоящая старинная грузинская скатерть? Это же наш древний орел!» Скатерть выглядит довольно аутентично: мы специально сделали ее с небольшими потертостями, несовпадениями рисунка, чтобы она не смотрелась механическим компьютерным новоделом. Но вот то, что грузины идентифицировали русскую жар-птицу как своего орла, не могло не повеселить нас! Значит, то, что мы делаем, можно смело назвать миссией – мы находим то, что людей соединяет». Конечно, взглянув под определенным градусом, за орла можно принять и жареную курицу, но дальше становится еще интереснее. Владыка Николоз рассказал «Рустави 2», что познакомился с г-жой Лолитой в 2006 году заинтересовавшись текстильными изделиями для церкви, а также заявил ТВ «Пирвели»: «Это была очень ярко выраженная, интересная личность. Я ее познакомил со всеми, с кем мог. Познакомил и с господином Мишей [Саакашвили], потому что это была одна из возможностей нормализовать наши отношения».

Даже самый ленивый контрразведчик почти наверняка недоуменно приподнял бы бровь, узнав, что сумевшую разделить дом на мысе Антиб и интересующуюся грузинской политикой текстильщицу с печатью МГИМО в дипломе, Трехгорной мануфактурой в трудовой книжке и узнаваемыми мыслями о Малороссии в голове активно знакомили с влиятельными людьми, с президентом страны и связывали с ней политические планы (нормализации и т. д.). Можно попробовать представить, к каким выводам пришла бы в похожем случае и как прореагировала бы, например, СГБ Латвии, не говоря уже о СБ Украины, которая на днях провела обыски в Киево-Печерской лавре. Но поскольку тогда, в ходе предвыборной борьбы, оппоненты правительства описывали вероятную слежку за иерархами ГПЦ как безусловное зло, они отложили в сторону размывающие этот тезис вопросы о нетривиальных контактах и репликах Пачуашвили и так и не вернулись к ним позже и не потребовали провести тщательное расследование.

Расшифровать ребус не так уж сложно – сотрудничающий с РПЦ владыка Николоз является духовником Михаила Саакашвили, посещает его в тюрьме (в последнее время – в клинике) и выступает за его освобождение (перевод под домашний арест в его епархии и т. д.). Год назад он делал это так рьяно, что патриархия одернула его в специальном заявлении, и он несколько смягчил формулировки, но позицию не изменил. Может показаться, что именно поэтому в прямо или косвенно связанных с Россией случаях (признание автокефалии ПЦУ, направленное главе РПЦ поздравление и т. д.) патриархия будто бы выталкивает его на авансцену и предлагает СМИ и общественности: «Вот же он. Критикуйте его, дерзайте и терзайте его заявления!», прекрасно понимая, что ничего подобного не произойдет. «Нацдвижение» и его пропагандистская машина с вероятностью 99,9% не тронет тесно связанного с Саакашвили священнослужителя, вне зависимости от того, что он говорит о России, Украине, Л. В. Данилиной или текстильных изделиях. Примерно с такой же вероятностью не тронет его и правящая партия со своими пропагандистами, так как это нарушит условия негласного союзного пакта с ГПЦ, в рамках которого лояльность обменивается на привилегии и вмешательство в дела друг друга введено в конвенциональные рамки. А немногочисленные публикации независимых СМИ и отдельных пользователей соцсетей к заметному скандалу не приведут – что-то побурлит недолго в углу информационного пространства, но затем все утихнет.

Оттолкнувшись от этого сюжета, мы можем перейти к главной теме с условным названием «Русский скелет в грузинском шкафу», дабы убедиться, что политика, основанная исключительно на интересах и отвергающая принципы, ведет и правящую элиту, и все общество к деградации, будто бы опускает их на низшие, доконвенциональные ступени теории морального развития Кольберга и постоянно напоминает о печально знаменитом тезисе: «Если сосед украдет у меня корову – это, конечно, зло. Если я украду у соседа корову – это, несомненно, добро».

Из-за долгого сосуществования в империи Романовых, а затем в СССР, вне зависимости от того, как каждый из нас оценивает данный период, между Грузией и Россией возникло огромное количество политических, экономических, культурных, межличностных связей. После краха Советского Союза они начали постепенно распадаться, но некоторые актуальны по сей день, и, если присмотреться, подобные связующие нити можно обнаружить в истории каждой (!) семьи. В 80-х годах правящая элита использовала их в своих интересах, а лидеры и активисты национально-освободительного движения стремились дискредитировать их в глазах общественности, чтобы изменить баланс сил во внутриполитической борьбе в свою пользу. Сотрудники Министерства образования в 90-х любили рассказывать, как назначенный при Гамсахурдия чиновник на своем первом совещании долго мялся, безуспешно пытаясь сказать что-то по существу, но затем, будто встрепенувшись, принялся резко критиковать коллегу, которого застал за чтением русскоязычной газеты. Представители старой элиты, напротив, через слово поминали А. С. Грибоедова и Н. А. Чавчавадзе, всегда говорили, что правительства это одно, а народы совсем другое и т. д. Обе стороны руководствовались не принципами, а интересами (исключения есть, но они единичны), поддерживали диалог со своими партнерами в Москве и в то же время указывали на контакты оппонентов как на предосудительные, если не шпионские. Когда информация об их подозрительных встречах или заявлениях всплывала, они прибегали к универсальному аргументу «Вы не понимаете – это другое». Каждый хотел оградить свою сферу и говорил что-то вроде «Политика – одно, а религия совсем другое», «Спорт вне политики – тут все по-другому», «Искусство не знает границ, надо понимать, что это – иное», «Бизнес – другое дело. Деньги не пахнут». Последние три слова, кстати, произнес не только Веспасиан, но и глава МВД Грузии Вано Мерабишвили, рассуждая в парламенте о российских инвестициях и туристах 26 апреля 2012 года.

Кто-то проклинал Нино Бурджанадзе за послевоенные встречи с Путиным, а кто-то не видел в них ничего страшного. Затем, когда она скорректировала политическую позицию, стала критиковать «Грузинскую мечту» и сблизилась с «Нацдвижением», роли поменялись: прежние обвинители начали обходить тему, а прежние защитники – твердить, что тогда, в Москве, она переплюнула Иуду Искариота. Когда-то пропагандисты правящей партии не видели партии в московском прошлом Георгия Гахария никаких сомнительных эпизодов и связей, но, когда он перешел в оппозицию, вбросили в соцсети конспирологическую теорию, согласно которой он на пару с русскими осуществил против «Мечты» провокацию с разгоном демонстрантов в «Ночь Гаврилова», и, по сути, вывернули свою прежнюю позицию наизнанку. Одни видят в московских похождениях Бидзины Иванишвили и его связях с российскими олигархами неоспоримое, железобетонное доказательство работы на Кремль, другие указывают на поседевших на службе северному соседу Темура Аласания и Григола Вашадзе или на председателя политсовета «Нацдвижения», выпускника Дипакадемии МИД РФ Кобу Накопия, который работал на Сергея Генералова (группа «Промышленные инвесторы») в России и представлял его интересы в Грузии. И те, и другие описывают контакты противников как преступные, а когда речь заходит о них самих и их единомышленниках, начинают бормотать: «Это другое…» Тем артистам гастролировать в Москве/Тбилиси никак нельзя – измена, национальный позор, а этим… ладно, не так страшно. Подобных примеров тысячи. Конечно, одному нравится арбуз, а другому – свиной хрящик, кто-то считает пророссийским архиепископа Иакова, а кто-то митрополита Николоза. Но нельзя оценивать идентичные факты, заявления и поступки по-разному, в зависимости от отношения к тому или тому человеку или партии, точнее – от приносимой ими выгоды, и делать вид, что этого никто не замечает. Различное отношение к «русским скелетам» в своих и чужих шкафах, возможно, является одним из главных факторов, который дискредитировал бóльшую часть элиты в глазах населения, выставив на всеобщее обозрение ее оппортунизм и безнравственность.

Кто-то выступает против любых связей с Россией и описывает их в как криминальные и противоречащие интересам нации. Кто-то, напротив, агитирует за их сохранение и углубление во имя мира. И у того и у другого принципа есть сторонники и противники. Но далеко не все из них готовы распространить общее правило не только на оппонентов, но и на себя (и наоборот), не выводя тот или иной случай из-под его действия с помощью волшебной формулировки «Это другое». Главная проблема заключается в отсутствии морального фундамента. Одно и то же явление, будь то хрестоматийная кража коровы или двусмысленная связь с Москвой, в одном случае рассматривается как очевидное зло, а в другом если не как добро, то как «другое». К сожалению, это не только пропагандистская уловка, а совершенно искреннее отношение многих деятелей к «русскому вопросу», да и вообще к жизни.

30 лет грузинские политики и подражающие им граждане называют друг друга предателями и вражескими агентами, обесценивая такие обвинения, и проклинают Кремль, но почти всегда делают именно то, что выгодно ему, так, словно получают указания от одного куратора. Кстати, опытные контрразведчики обычно с подозрением относятся к регулярному, демонстративному выражению ненависти (как, впрочем, и любви) к тому или иному человеку или объекту, поскольку оно может указывать на тайный умысел, противоположный заявлениям (а может и не указывать; без проверки фактов этого не установить). Но после провозглашения независимости удовлетворительные условия для их работы так и не были созданы ни при одном режиме, что вряд ли является совпадением. А бóльшая часть граждан оценивает политиков и иже с ними исключительно по словам, а не по делам, отбрасывая принцип «По плодам их узнаете их».

Важно понимать, что настоящий, а не выдуманный враг, как правило, сеет раздор, пытается расширить возникшие по объективным причинам трещины, пролегающие между партиями, социальными группами, отдельными лицами, и превратить их в непреодолимые пропасти, используя в своих интересах противоречия сторон и их ненависть друг к другу. Какими бы не были конечные цели, его основным инструментом является раскол. Именно поэтому послы западных стран-партнеров Грузии без устали повторяют, что поляризация и беспощадное противостояние льют воду на мельницу Кремля. Но грузины обычно игнорируют их увещевания, будучи не в силах вырвать из своего сознания примитивную биполярную модель, в рамках которой нация разделена на две части, и «мы» всегда правы и праведны, а «они» грешны, преступны и подлежат ритуальному уничтожению (в щадящем варианте – полной политической и социальной изоляции). Многие уже перестали воспринимать нацию как единое целое так, будто вместо нее образовались две квазинации, жаждущие уничтожить друг друга, или даже сотни малых групп, чуть ли не банд, сцепившихся в беспощадной схватке во всех сферах общественной жизни. О чем еще мог мечтать условный противник?

Скатерть белая залита вином, и синяя тверская жар-птица расправляет крылья. Как же она похожа на двуглавого орла…

Мнения, высказанные в рубриках «Позиция» и «Блоги», передают взгляды авторов и не обязательно отражают позицию редакции

Подписывайтесь на нас в соцсетях

Форум

XS
SM
MD
LG